Книжный каталог

Сигел Я. Честь чародея

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Сигел Я. Честь чародея Сигел Я. Честь чародея 128 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Джевага С. Посох для чародея Джевага С. Посох для чародея 46 р. bookvoed.ru В магазин >>
Михаил Савеличев Под счастливой звездой Михаил Савеличев Под счастливой звездой 29.95 р. litres.ru В магазин >>
Сигел Дж. Сошедший с рельсов Сигел Дж. Сошедший с рельсов 118 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Пазл магнитный 18 x 27 (126 элементов) Printio Невеста чародея Пазл магнитный 18 x 27 (126 элементов) Printio Невеста чародея 800 р. printio.ru В магазин >>
Футболка с полной запечаткой для девочек Printio Ученик чародея Футболка с полной запечаткой для девочек Printio Ученик чародея 2290 р. printio.ru В магазин >>
Дукай Я., Вегнер Р., Пискорский К. Голос Лема. Антология в честь Станислава Лема Дукай Я., Вегнер Р., Пискорский К. Голос Лема. Антология в честь Станислава Лема 547 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Честь чародея Ян Сигел книга из серии Атлантида - бесплатно читать онлайн, скачать FB2

Сигел Я. Честь чародея

Честь чародея

скачано: 113 раз.

скачано: 101 раз.

скачано: 82 раза.

скачано: 42 раза.

скачано: 33 раза.

1 час 39 мин назад

5 час 11 мин назад

3 дня 5 час 22 мин назад

4 дня 6 час 40 мин назад

6 дней 20 час 49 мин назад

6 дней 21 час 45 мин назад

8 дней 20 час 11 мин назад

9 дней 18 час 56 мин назад

10 дней 1 час 2 мин назад

История отличная, но. Слишком много ошибок, из-за этого читать практически невозможно. Очень жаль.

Как всегда, романчики этого автора- замечательные! Пусть они и наивные, похожие друг на друга, но в них столько романтики, что все равно хочеться их читать.

Ну уж не знаю на каком самом интересном месте обрывается первая книга. Мне осталось дочитать 10 процентов, но я не смогла, честно, не смогла. Стало жалко времени, потому что почти конец, а отношения топчуться на одном месте у главных героев, одни команды завалили по 20 ботов, а эти на пустом месте проблему заимели, наверное потому что автор забыла добавить в команду обещанных 2 человек. Т е движухи и на боевом фронте маловато, зато модные зомби есть. О которых забыли потом. Недоумение короче, экшен у мужчин лучше получается, а любви тут только намеками говорят.

Каждый раз восхищаюсь умением автора совмещать фэнтезийно-романтические истории с чем-то вроде ужастика.

Тут и попаданство, и учеба в университете магии, и равнодушный жених, который внезапно заинтересовался изменившейся невестой, новые друзья и необычные способности, и жу-у-уткие приключения. Казалось бы, все столько раз виденное и читанное, но получилась умопомрачительно-крутая смесь, от которой невозможно оторваться))) Во всяком случае, я не смогла))

Источник:

www.litlib.net

Читать онлайн Честь чародея автора Сигел Ян - RuLit - Страница 63

Читать онлайн "Честь чародея" автора Сигел Ян - RuLit - Страница 63

Когда он оторвался от ее губ, она сказала бесцветным голосом:

— Я скорее умру на пороге, чем пройду рядом с тобой хоть шаг.

Он встал с кровати и начал одеваться, легко находя свои вещи в темноте. «Его ведет волшебное зрение», — подумала Ферн. Потом он обернулся. В руках у него было что–то поблескивающее в лунном свете. Нож. Нож, который всегда лежал на столе в офисе Темной Башни.

— У тебя нет выбора, — сказал он. — Я уже выбрал за тебя.

Тишина. И только в темноте поблескивают ее глаза.

— Я ведьма. — Она говорила абсолютно спокойно. — Я сегодня убила. Неужели ты думаешь, что можешь принудить меня к чему–либо? — Она перевела взгляд на нож. — _Ррассэ!_ - Но у клинка, как видно, оказалась своя сила: лезвие задрожало, но не сломалось.

— Неужели ты думаешь, что можешь бороться со мной?

Ферн поднялась с кровати. Она была обнажена, и бледный лунный свет подчеркивал изящные изгибы ее тела. Люк сказал:

— Зачем? — Казалось, она совершенно не обращает внимания на свою наготу, словно она нимфа.

Все так же в темноте она неторопливо оделась и, не выходя из тени, произнесла заклинание, но оно так и повисло в воздухе. Видимо, Эзмордис оградил Люка от волшебства.

— Одетая или раздетая, я с тобой не пойду, — твердо сказала она.

В его руке сверкнул нож. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, а потом одновременно он прыгнул, а она отскочила. Теперь между ними не было никакой магии, только сила — его и ее. Он повалил ее на кровать, без труда заломив руки и приставив нож к горлу.

— Не вздумай звать собаку, — сказал он. — Ты ее любишь, и мне не хотелось бы убивать ее.

— Это не так–то просто, между прочим. — Ферн напряглась, но не смогла вырваться. — Я не буду никого звать на помощь, мы один на один. Это вполне честно. Вот только у тебя есть оружие, а у меня нет.

— В нас обоих есть колдовская сила. Как я понимаю, нам не обязательно играть по правилам.

— Ты быстро учишься, но недостаточно внимателен. Ты забыл, что я на своей территории. Мне и звать никого не надо: здесь уже есть кое–кто.

— Дай мне слово, что пойдешь со мной утром, и я отпущу тебя.

— Мое слово? — Ферн пыталась выиграть время.

— Как ты там говорила? Честь чародея?

У ведьм нет понятия чести. Но он еще не привык к этой мысли.

— Да, честь чародея, — подтвердила Ферн.

Люк отпустил ее, но нож держал наготове. Ферн поднялась.

— Когда у меня будет оружие, — сказала она, — вот тогда это будет честная схватка.

Тут Люк заметил позади нее какую–то тень, которой раньше не было. Кто–то шепотом позвал ее:

— Ферни! Дорогая! У меня есть ор–ружие для тебя…

Древко оказалось в руке Ферн. Она почувствовала, как тяжесть копья сама тянет ее вперед, направляя ее удар. Слир Брунау, Копье Скорби. Выпад, удар. Это было грациозное точное движение, совершенно неотвратимое и смертоносное, как бросок кобры, как выпад фехтовальщика.

Одновременно лезвие ножа метнулось к ней. Но Люк на долю секунды замешкался, может, засомневался? Нож выскользнул у него из руки. Он не вскрикнул, а словно задохнулся и тяжело рухнул на пол. Ферн кинулась к нему:

— Люк! — Она опустилась на колени рядом с ним и попыталась вытащить копье. Но бесполезно: шипы уже раскрылись внутри и из раны хлынула кровь, казавшаяся черной в лунном свете. Господи, как много крови! Ферн крикнула Брэйдачину, чтобы он принес бинты или вату. Ни свечей, ни фонарика она не попросила и свет зажигать не стала, чтобы только не видеть того, что натворила. Она прижимала полотенце к его животу, и оно быстро становилось черным, пропитываясь кровью. Ее руки тоже были черными. — Люк, — звала она, — Люк! — Но он не отвечал. Она попыталась нащупать пульс у него на руке или на горле, но не знала точно, как это делается. Лицо ее было мокрым: она и не знала, что плачет.

— Он умер, — сказал Брэйдачин. — Тут уже ничем не поможешь.

Ферн еще долго сидела рядом с телом. Потом, мягко подталкивая, Лутэрри заставила ее пойти в ванну вымыть руки. Розовыми струйками кровь утекала в сток. Ферн подумала, что так всегда поступают убийцы: первым делом смывают кровь с рук.

Все случившееся казалось ей дурным сном.

Вернувшись в спальню, она зажгла свет. Ей не хотелось этого делать, но она понимала, что сейчас это необходимо. _Он_хотел,_чтобы_ты_убила:_он_сказал,_что_это_необходимо,_ вспомнилось ей. Обескровленное лицо Люка стало совершенно бледным. Это уже не Люк, это — тело. Мертвое тело словно заполняло комнату и весь дом. Оно не разложилось мгновенно, как Моргас, оно осталось здесь, неподвижное, неподъемное. При свете она словно впервые увидела его.

В Лондоне у Уилла зазвонил телефон.

— Я убила Люка. — Голос сестры был почти неузнаваем, на грани истерики. — Приезжай скорее. Ты должен приехать. Здесь тело, и оно никуда не денется. Я не знаю, что с ним делать. Пожалуйста…

Уилл повернулся к Гэйнор:

Они неслись по ночным дорогам, нарушая все правила, и добрались до Ярроудэйла, когда еще не было восьми. Остатки входной двери были подперты комодом, и Ферн не сразу смогла отодвинуть его.

— Ты сказала, что убила Люка? — спросил Уилл, как только они оказались внутри.

Последовали сбивчивые и почти бессвязные объяснения:

— У него был нож–маленький кинжал из офиса в Башне. Как ножик для писем. Он сказал, что я должна пойти с ним. Мы б–боролись, и Брэйдачин дал мне его. Слир Брунау. Копье. — Губы у нее дрожали, а взгляд был прикован к чему–то невидимому. — Оно вошло так быстро… Я даже не успела… не успела его отдернуть. Он колебался. Я уверена, что он… У него был нож, но он промедлил. Я была быстрее, и оно вошло, а я не смогла его вытащить. Я не смогла…

Уилл обнял ее, и Ферн разрыдалась, но без слез. Ее трясло, и всхлипывания были похожи на судорожные глотки воздуха во время приступов у астматиков.

— Все в порядке, — сказал Уилл, как ему казалось, успокаивающе и уверенно. Он никогда не видел ее в таком состоянии, и это потрясло его не меньше, чем то, что она сделала. — А почему он угрожал тебе ножом?

— Он продался Эзмордису. — В этот момент она подняла глаза, в них светилась дикая ярость. — Все, как в моем сне, понимаешь? Только не я, а он. Люк — Лукас — Лукастор, Сын Утра… Я видела шрам. Он сказал, что я должна присоединиться к нему.

— О господи, — прошептала Гэйнор.

— Понятно, — сказал Уилл.

— Мы занимались любовью. Он дал мне понять — нет, заставил поверить, — что он Рэйфарл, что он возродился… Может, так оно и было. Это хуже всего. Может быть, он и был Рэйфарлом и предал меня. — Вот сейчас она расплакалась, слезы стекали по щекам, оставляя мокрые дорожки. — Мы уснули, и мне приснился сон, а когда я проснулась…

— Ладно, — сказал Уилл. — Гэйнор, сделай ей чаю, крепкого и очень сладкого. Или кофе — что раньше найдешь. Главное, чтобы было очень сладко.

— Я не пью с сахаром.

— А сейчас придется. У тебя шок. — Они перешли в кухню. Ни Уилл, ни Гэйнор не стали спрашивать о разбитых окнах. Откуда–то из тени появилась Лугэрри и пошла с ними, а Брэйдачин уже ждал их на кухне.

— Я п'тался п'мочь ей, — сказал он. — Но она т'лько сидела на полу и др'жала, как жалкий щенок. С'бака вылизывала ее, но она все время м'лчала. Она ни в чем не вин'вата, парень ок'зался м'рзав–цем. Он бы т'чно ее убил.

Ферн покачала головой.

— Он колебался, — прошептала она. — А я нет. _Я_нет._ - Слезы потекли еще сильнее. Уилл надеялся, что это принесет ей облегчение.

— Где он? — спросил Уилл у Брэйдачина. Гоблин показал большим пальцем на потолок:

Они поднялись наверх. В бледных лучах утра тело казалось холодным и белым. Уилл минуту разглядывал его лицо, благодаря Господа, что глаза закрыты. Лицо выглядело восковым, черные волосы, примятые шлемом, прядями спадали на лоб. Уилл не стал убирать полотенца, пропитанные кровью, и смотреть на рану. На ковре тоже была кровь — она уже почернела и засохла. Копье исчезло: должно быть, Брэйдачин как–то смог его вытащить.

— Ты д'лжен сх'ронить его гл'боко, — сказал гоблин. — Сд'ется мне, что не все п'ймут, поч'му нашей д'вочке пришлось енто сд'лать.

— Я знаю. — Да, придется избавиться от тела. Он подумал об этом хладнокровно и несколько прозаично, потому что только так сейчас и нужно было рассуждать. — Ты поможешь мне?

Источник:

www.rulit.me

Читать книгу Честь чародея, автор Сигел Ян онлайн страница 1

Честь чародея

СОДЕРЖАНИЕ. СОДЕРЖАНИЕ

Остров назывался Аээа. Как ни произноси, выходит похожим па вопль. Это был золотисто–зеленый клочок земли с неровным берегом, окаймленный пеной прибоя, лежащей в сотнях миль от ближайшей суши. Золотистый цвет постепенно переходил в тускло желтый: полоска прибрежного песка, пыльно–желтая дорога, желтая земля и желтые скалы, проглядывающие сквозь оливковые рощи на крутых склонах. Одна скала была настолько высокой, что цепляла проплывавшие облака. В давние времена местные жители полагали, что за такими и скрыта жизнь их богов. А ныне старые рыбаки и крестьяне–фермеры кормились тем, что рассказывали доверчивым туристам байки о контрабандистах и кораблекрушениях, о русалках, героях и знаменитой колдунье, когда–то жившей здесь в ссылке и заманивавшей доверчивых путников в шелковую паутину своих волос. Крупные туристические компании как–то проглядели Аээа, и только знающие специалисты посылали своих клиентов в местечко, где почти не было ночной жизни и никто не бил посуду в тихой таверне. Большинство роскошных вилл на острове принадлежали толстосумам с материка, осуществившим свою мечту иметь тихое местечко для отдыха, вдалеке от переполненных городов.

Вилла над пляжем Гекати была одной из таких. От многих других вилл она отличалась суперсовременным дизайном: стена, обращенная к морю, была сделана из тонированного стекла, фронтон украшали черные мраморные колонны, полы были устланы кроваво–красными персидскими коврами, мебель выполнена в стиле кубизма. Там был внутренний дворик, скрытый от посторонних глаз пышной зеленью; фруктовые деревья росли в нем исключительно для того, чтобы разбавлять тенью и прохладой раскаленный тропический зной, а тишину здесь нарушало лишь серебристо–ледяное журчание маленького водопада. Последний священник посадил в центре сада цветущее дерево. Молодое деревце, стройное, как тростиночка, уже выпустило листья, по форме напоминающие дубовые, но крупнее и с красными прожилками. По слухам, вилла принадлежала судовладельцу–миллионеру, однако никто никогда не слышал его имени и не видел его лица. Время от времени он сдавал виллу друзьям, коллегам или просто незнакомым арендаторам, которые хотели загорать на частном пляже, подальше от любопытствующих взглядов местных жителей или праздно шатающихся туристов. Последняя жиличка гостила тут уже с весны. По хозяйству ей помогала древняя старуха. Местные торговцы считали, что карга только притворяется глухой и немой. Покупки она выбирала, пренебрежительно фыркая, и делала вид, что не слышит ни вопросов, ни приветствий. Спина у нее была горбатая, а глаза, казалось, не имели белков — только темная радужка да бисеринка зрачка. Те, кому довелось мельком увидеть ее хозяйку, говорили, что она столь же юна, сколь стара ее служанка, и столь же красива, сколь та уродлива. Она жила совершенно уединенно, даже по меркам этой виллы. Поговаривали, что она не загорает, боясь, видимо, испортить белизну своей идеальной кожи, и купается в бухточке при луне обнаженная, прикрываясь лишь темной вуалью своих волос. В соседней деревушке мужчины шепотом рассуждали, что она несравненна, как богиня, а женщины заявляли, что она какая–нибудь увечная или больная. У нее был любимец, еще более странный, чем служанка, — огромная кошка–сфинкс, лысая, как младенец, с пегой шкурой. Ее видели, когда она охотилась на холме за виллой. Кто–то даже утверждал, будто видел, как она убила змею.

Живущая на вилле женщина знала о деревенских слухах, хотя служанка ей никогда ничего не рассказывала, и только тихо улыбалась чему–то своему. Она все так же купалась по ночам при свете луны, а днем оставалась в темной комнате, разжигая мраморный камин и подолгу глядя на огненные языки. Иногда она усаживалась во дворике, куда почти не проникал солнечный свет из–за разросшихся виноградных лоз. Здесь не трещали цикады, хотя ниже склоны буквально гудели от их стрекота; здесь не жужжали пчелы. Голодные орхидеи всасывали любое насекомое, которое пролетало рядом с их разверстыми пятнистыми ртами. Кроме журчания воды, ничто не нарушало тишину. Женщина сидела среди этих плотоядных растений, одетая в тонкое красное платье с такими же, как у орхидей, крапинками, и ее роскошные черные волосы волнами спадали по плечам. Она подолгу смотрела на дерево. Иногда к ней приходила ее кошка, терлась об ногу своим лысым боком и мурлыкала.

— Будет оно плодоносить, Негемет? — спрашивала женщина. — Оно растет, но будет ли давать плоды? А если будет, то какие? — Она трогала листья своими бледными пальцами, а листья дрожали, но не после прикосновения к ним, а до, будто в предвкушении.

Для Паниоти, сына хозяйки универмага и магазина подарков, наступил вечер, когда последняя рюмка стала явно лишней. Он был красив, какими бывают только истинные дети солнца: высокие скулы, смуглая золотистая кожа, цветение юности и ленивая уверенность в своей абсолютной неотразимости. Летом он работал в магазине вместо своей матери и соблазнял всех симпатичных посетительниц, а когда заканчивался сезон, он отправлялся в колледж в Афинах, где учился на инженера, и относился к жизни вполне серьезно.

— Я не верю в то, что эта неизвестная сирена так красива, — заявил он после предпоследней рюмки, — иначе она бы не пряталась. Красивая женщина надевает бикини и демонстрирует всем свое тело на пляже. А ее кто–нибудь видел? — Никому из собравшихся видеть ее не доводилось. — Ну вот то–то же. Я не собираюсь принимать ее прелести на веру. Как любые слухи, они легко превратятся в легенду. А я хочу доказательств. Я хочу увидеть своими собственными глазами, как она купается обнаженная при луне. Вот тогда я поверю, что она богиня.

— Ну так что же ты не посмотришь? — спросил один из приятелей. — Спрячься в зарослях у скал и посмотри.

— Да он никогда не решится, — сказал другой. — Ставлю пять тысяч драхм.

После последней рюмки пари состоялось.

К тем с калам можно было подойти только по тропинке от дома, поэтому Паниоти на следующий вечер добрался до них вплавь вокруг мыса и укрылся среди оливковых деревьев у подножия холма. С собой он взял фотоаппарат в водонепроницаемом футляре такой, что может снимать в темноте без вспышки, и бутылку пива. В свете заходящего солнца он сидел и неторопливо потягивал пиво, стараясь продлить удовольствие. Когда стемнело, в бутылке еще оставалось пиво, поэтому он воткнул ее в песок. Время тянулось мучительно медленно, но он оставался на своей вахте из опасения, что его приятели скорчат презрительные мины, вернись он слишком рано. Наконец, стрелки па его часах доползли до полуночи «Вот теперь, — подумал он, — или она придет, или я ухожу. Но не думаю, что она появится».

Она появилась. Он увидел, как что–то белое мелькнуло на тропинке. Фигура ее была будто окутана туманом, а черные волосы, разметавшиеся по плечам, сливались с темнотой. Она скользила по земле плавно и абсолютно беззвучно. Ему даже показалось, что она вовсе не касается земли. Волосы у него на голове встали дыбом. На мгновение он поверил, что она — какой–то языческий дух, неземное существо, сотворенное из другой плоти. Потом, когда он спустился ближе к берегу, он понял, что туман, окутавший ее, — всего лишь тончайшее прозрачное платье, которое она сняла и бросила на песок. Ее тело сияло в лунном свете, стройное и изящное, как мраморная статуя холодной и безупречно красивой нимфы. Она подняла руки к небу, словно приветствуя давно забытое людьми божество, и зашла в воду. Море было спокойным и приняло ее почти без единого всплеска. Какое–то время Паниоти видел ее голову на фоне сверкающей в лунном свете воды, а потом женщина нырнула и пропала. Он запоздало вспомнил о фотоаппарате, достал его из футляра, дожидаясь, когда она вынырнет. Сейчас его волновало, получится ли она на фотографии или же, как какое–то сверхъестественное существо, не оставит на пленке даже следа. Крадучись, он приблизился к кромке воды и лег на камни, застыв наготове, но она не вынырнула. Ее не было так долго, что у него от беспокойства перехватило дыхание. Он отложил фотоаппарат и уже приготовился нырять на поиски, на его взгляд совершенно уже бесполезные.

Она появилась неожиданно, в нескольких метрах от камней, на которых он лежал. Ему показалось, что глаза ее широко раскрыты и пристально всматриваются в темноту ночи. Она поплыла к берегу — к нему — мелкими незаметными гребками. Потом она резко встала — вода ручьями стекала с нее, а мокрые волосы облепили грудь, плечи, спину. Он в первый раз увидел ее лицо и, хотя было довольно темно, заглянул в

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Источник:

booksonline.com.ua

Книга - Честь чародея - Сигел Ян - Читать онлайн, Страница 2

Честь чародея

сомкнешь ни днем ни ночью. — Ее руки скользнули по его щеке и закрыли глазницы. Паниоти передернуло от этого прикосновения.

— Пожалуйста, — пробормотал он, — не надо…

На следующее утро по деревне поползли слухи, что женщина со служанкой уехали на рассвете, забрав с собой лысую кошку и росшие во дворе растения. Таксист, который отвозил их в аэропорт, подтвердил это, но ему, видимо, дали такие щедрые чаевые, что он пьянствовал целую неделю. Неудивительно, что потом он все путал. По какой–то причине дом больше не заселяли. Хозяин оставил его без присмотра; красные ковры выгорали на солнце, и только орхидеи пышно разрастались во дворике.

Тело Паниоти нашли через два дня — его вынесло течением довольно далеко от пляжа Гекати. На его теле отсутствовали видимые повреждения, если не считать того, что на лице сияли пустые глазницы. Туристам об этом, конечно же, никто не рассказывал.

В канун Нового 2000 года старинный дом Рокби, укрывшийся под сенью леса Роквуда, как обычно, был погружен в сонную задумчивость. Дом представлял собой хаотичное нагромождение комнат, скрюченных лестниц, искореженных балок и скрипящих половиц. Снаружи его толстые стены с трудом выдерживали натиск ползучих растений, а изнутри их грызли мыши и жуки, превращая в труху. Английский закон о наследстве уже не имел здесь силы; только тени крались по пустым коридорам, сквозняки шевелили занавески, водяные духи хихикали в водопроводе. Когда–то семейство Фит–зерберт построило здесь дом, но со временем превратности судьбы разрушили его, сровняв с землей. Потом дом снова отстроили, и новые поколения приспосабливали его для своих нужд: сооружали кельи для священников, прокладывали секретные ходы, на недоступных чердаках запирали нежеланных жен и сошедших с ума родственников. Так продолжалось до тех пор, пока род не угас в результате браков между кровными родственниками, а дом не перешел под частную опеку над имуществом.

Сейчас его сдавали в аренду каким–то нуворишам, которые охотно мирились со многими его неудобствами и жаловались лишь тогда, когда кто–нибудь из домашней челяди проваливался сквозь прогнившие половицы, грозясь подать за это в суд. Последним съемщиком был некто Каспар Валгрим, банкир–инвестор, заслуживший репутацию человека с железным словом, здравыми суждениями и стальной цельностью натуры. Ему нравилось упоминать о доме в разговорах с коллегами и клиентами, но сам он редко сюда заезжал. До сегодняшнего вечера. Сегодня в Рокби давали бал.

Нежилые комнаты и потайные коридоры заполнил свет: гроздья свечей, волшебные светящиеся звезды, расставленные повсюду цветочные вазы, сияющие шары, которые вращались под потолком. Тени смешались, истончились и отплясывали тарантеллу на полу и стенах. Вся эта иллюминация высвечивала исторические, фантастические и просто откровенно эротические костюмы гостей, заполнивших многочисленные залы. Музыка грохотала сразу из нескольких мест: в зале звучала «АББА», в галерее — «Квин», а в конюшнях — «Гараж». Норманнская башня, самая старая часть дома, была увешана красными фонарями. Случайно забредшие сюда гости, усевшись на ступенях винтовой лестницы, курили, выпивали и что–то нюхали, поэтому некоторым даже стал мерещиться безглавый призрак Уильяма Фитзерберта, державший голову под мышкой и с ужасом взиравший на все это. Пауки, которые поколениями размножались здесь в тишине и покое, сейчас забились в щели. А на кухне хозяйничал домовой, добавляя в напитки неожиданные компоненты. Правда, этого никто не заметил.

Неожиданно по всему дому — да что там! по всей стране — музыка стихла. Пробило полночь. Те, кто был еще в сознании, стали смеяться, плакать, обниматься с необычайным восторгом: это ведь был второй миллениум, и сам факт, что они дожили до него, стоил того, чтобы это отметить. Нестройный хор голосов затянул «Олд Ланг Сайн», старинную балладу, написанную специально для пьянчуг. Некоторые гости начали срывать маски, другие — одежду (и не всегда с себя). Один незадачливый юнец блевал с балюстрады, наивно полагая, что это перила, огораживающие ров с водой в саду. В обеденном зале красавица с длинными черными волосами в полупрозрачном шифоновом платье со шлейфом отбивалась от досаждавшего ей кавалера и отказывалась снять маску.

— Я Моргаза, королева воздуха и тьмы. А ты кто такой, чтобы наслаждаться чарами моего лица, никому дотоле не ведомыми?

— Море газа? — переспросил ее поклонник, прикоснувшись к материи.

— Сестра Морганы Ле Фей, — подсказал знаменитый литературный критик, одетый в третьесортный костюм демона с кривыми рогами. — Согласно некоторым источникам, это мать предателя Мордрода. Полагаю, леди читала Томаса Уайта.

— Кто это был? — спросила высокая блондинка в кожаном корсете и на высоких каблуках. У нее были короткие волосы, стоявшие торчком, а из–под ярко–алых перьев маски поблескивали черные глаза. Но ответа она слушать не стала, а вместо этого тихо произнесла какие–то слова, которых демон–критик не услышал.

После короткой потасовки с Моргазы слетели маска и шиньон, и перед гостями предстала Дана Валгрим, дочь хозяина. Она ринулась на своего докучливого ухажера, наступила на подол платья и рухнула на пол, ударившись головой о паркет. На мгновение все разговоры стихли, и только музыка продолжала греметь. Потом все бросились к ней и стали наперебой давать советы, что нужно делать в такой ситуации:

— Приподнимите ей голову.

— Нет, не трогайте ее.

— Она не сильно ударилась.

— Расступитесь — нужен свежий воздух.

— Дайте ей бренди.

— Она скоро очнется.

Но она не приходила в себя. Кто–то пошел за ее братом, кто–то вызвал «скорую помощь».

— Не надо, — заявил Лукас Валгрим. Вид у него был такой, будто он протрезвел в считанные секунды. — Мы сами ее отвезем. Моя машина уже готова.

— У вас отберут права, — сказал взволнованный пират.

— Ничего, я буду осторожен.

Лукас бережно поднял Дану. Кто–то заботливо помог ему, поддерживая ее голову и приподнимая шлейф платья. Как только они вышли, литературный критик развернулся к той самой блондинке с короткой стрижкой и авторитетно заявил:

— Наркотики. А ведь ее только три месяца назад выпустили из клиники.

Но блондинка уже исчезла.

Каспар Валгрим в это время находился в маленькой комнатке, довольно далеко от места, где разыгрались события. Кое–кто отправился разыскать его, полагая, что ему следует сообщить о случившемся, хотя отец и дочь в последнее время почти не разговаривали. Но найти его не удалось. В ту комнату попасть можно было через заднюю панель платяного шкафа в главной спальне. За раздвижными панелями, однако, раскрывалась не таинственная заснеженная страна, а небольшой офис, оборудованный прежним хозяином. На столе стоял старенький компьютер и валялись несколько книг, покрытых толстым слоем пыли. Рядом с компьютером лежал листок бумаги, озаглавленный «Соглашение о найме». Слова, начертанные странным заостренным курсивом, сами появлялись на листе. Однако Каспар Валгрим на них не смотрел, он сидел в глубокой задумчивости. Этот человек был по–своему красив — настоящий банкир: холодный взгляд, волевой подбородок и тонкие, плотно сжатые губы, напоминаю–J щие щель в банкомате. Но в этот момент на его лице застыло выражение отталкивающей угодливости, будто у обратившегося в камень зомби. Настольная лампа была повернута так, что освещала его лицо снизу, подчеркивая скулы и надбровные дуги, и свет нещадно бил в глаза. Рядом с ним стоял бокал с красной жидкостью, но это было не вино. Позади него чей–то голос цедил слова прямо ему в ухо, и они лились, будто мед с ложки. На плече у Каспара лежала рука с тонкими гибкими пальцами и длинными ногтями, напоминавшими серебряные когти.

— Мне нравится это место, — говорил голос. — Оно мне подойдет. Ты будешь счастлив сдать его мне… бесплатно. В благодарность. За помощь. Пер сиквор. _Эскри_нэ_лютор._ Ты будешь счастлив…

— Я буду счастлив.

— Хорошо. Ты будешь помнить, как я исцелила твой дух, будешь помнить с благодарностью, как видение, как сон. Ты запомнишь свое ощущение покоя и блаженства. — Рука скользнула ему на грудь, и у него вырвался глубокий стон. Вполне возможно, что от удовольствия. — Ты помнишь?

— Допивай свой напиток.

Каспар Валгрим допил то, что было в бокале. Жидкость светилась, словно внутри нее был огонек.

Светлый парик с торчащими короткими волосами лежал, скомканный, на столе. Дама вышагивала взад–вперед, и острые шпильки ее туфель стучали по полу. Птичья маска, казалось, слилась со своей обладательницей, превратив ее в какую–то экзотическую хищную птицу.

Получив приказ, Каспар Валгрим подписал бумагу.

Прошел всего час, как наступил новый год. Перед небольшим домом в районе Пимлико остановилось такси. Дом был светло–коричневый, ничем не отличавшийся от соседних домов. Его окружал сад с ажурной решеткой. Из такси вышли две молодые женщины, и обе стали искать свои кошельки. Одна из них нашла его раньше и расплатилась с шофером, другая же случайно выронила содержимое сумочки на тротуар и теперь торопливо собирала все обратно. Девушка, заплатившая таксисту, была стройная и невысокая, примерно пять футов и пять дюймов. Ее короткие каштановые волосы переливались в свете уличного фонаря. Под плащом виднелось серебристое шифоновое вечернее платье. Она чем–то отдаленно напоминала эльфийку, если бы не лоск макияжа и налет самоуверенности. Она выглядела холеной, успешной и очень деловой — это она заказала такси еще за три месяца до праздника и уже тогда оговорила стоимость и размер чаевых. Звали ее Ферн Кэйпел.

Она была ведьмой.

Ее спутница оставила попытки достать карандаш для губ , закатившийся в водосточную канаву, собрала оставшиеся вещи и выпрямилась. У нее были роскошные тяжелые темные волосы, в начале вечера уложенные в высокую прическу, но сейчас слегка растрепавшиеся. На ней были накидка и платье в цветочек, слегка не по фигуре. На лице почти не было косметики, если не считать помады, большая часть которой все равно уже стерлась. И все же в ней было что–то неуловимо притягательное, чего не хватало ее подруге, какая–то внутренняя теплота и ранимость. Мягкий взгляд глубоко посаженных глаз, длинные ресницы и немного трагичный изгиб губ — все это выдавало натуру, склонную к сочувствию и сопереживанию. Вообще–то Гэйнор Мобберли совсем недавно порвала отношения со своим последним ухажером. На этот раз это был флейтист–неврастеник, который устроил погром в ее квартире, когда она попыталась поставить точку в их романе. С тех пор она жила у Ферн.

Источник:

detectivebooks.ru

Сигел Я. Честь чародея в городе Воронеж

В данном интернет каталоге вы можете найти Сигел Я. Честь чародея по доступной цене, сравнить цены, а также найти похожие предложения в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и рецензиями товара. Транспортировка выполняется в любой населённый пункт РФ, например: Воронеж, Владивосток, Киров.