Книжный каталог

Керн А. Чудное мгновенье

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Керн А. Чудное мгновенье Керн А. Чудное мгновенье 200 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Керн А. Чудное мгновенье. Издание четвертое Керн А. Чудное мгновенье. Издание четвертое 105 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Владимир Рогоза Какую судьбу выбрала себе Анна Петровна Керн? Или …«чудное мгновенье» заканчивается быстро Владимир Рогоза Какую судьбу выбрала себе Анна Петровна Керн? Или …«чудное мгновенье» заканчивается быстро 49 р. litres.ru В магазин >>
Анна Керн Чудное мгновенье. Дневник музы Пушкина Анна Керн Чудное мгновенье. Дневник музы Пушкина 89.9 р. litres.ru В магазин >>
Сергей Лемешев Романсы и песни в исполнении С.Лемешева. Я помню чудное мгновенье Сергей Лемешев Романсы и песни в исполнении С.Лемешева. Я помню чудное мгновенье 272 р. ozon.ru В магазин >>
Анна Керн Анна Керн. Воспоминания о Пушкине Анна Керн Анна Керн. Воспоминания о Пушкине 325 р. ozon.ru В магазин >>
Творческий коллектив шоу «Сергей Стиллавин и его друзья» 100 книг для формирования личности. Часть 5 Творческий коллектив шоу «Сергей Стиллавин и его друзья» 100 книг для формирования личности. Часть 5 49 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать онлайн Чудное мгновенье

Читать онлайн "Чудное мгновенье. Дневник музы Пушкина" автора Керн Анна Петровна - RuLit - Страница 2

Восхищенная Пушкиным, я страстно хотела увидеть его, и это желание исполнилось во время пребывания моего в доме тетки моей, в Тригорском, в 1825 г. 12 в июне месяце. Вот как это было. Мы сидели за обедом и смеялись над привычкою одного г-на Рокотова 13 , повторяющего беспрестанно: «Pardonnez ma franchise» и «Je tiens beaucoup a votre opinion»[7]. Как вдруг вошел Пушкин с большой, толстой палкой в руках. Он после часто к нам являлся во время обеда, но не садился за стол; он обедал у себя, гораздо раньше, и ел очень мало. Приходил он всегда с большими дворовыми собаками, chien-loop[8]. Тетушка, подле которой я сидела, мне его представила, он очень низко поклонился, но не сказал ни слова: робость видна была в его движениях. Я тоже не нашлась ничего ему сказать, и мы не скоро ознакомились и заговорили. Да и трудно было с ним вдруг сблизиться; он был очень неровен в обращении: то шумно весел, то грустен, то робок, то дерзок, то нескончаемо любезен, то томительно скучен, – и нельзя было угадать, в каком он будет расположении духа через минуту. Раз он был так нелюбезен, что сам в этом сознался сестре, говоря: «Ai-je ete assez vulgaire aujoud’hui![9]» Вообще же надо сказать, что он не умел скрывать своих чувств, выражал их всегда искренно и был неописанно хорош, когда что-нибудь приятное волновало его… Так, один раз мы восхищались его тихою радостью, когда он получил от какого-то помещика при любезном письме охотничий рог на бронзовой цепочке, который ему нравился. Читая это письмо и любуясь рогом, он сиял удовольствием и повторял: «Charmant! Charmant![10]» Когда же он решался быть любезным, то ничто не могло сравниться с блеском, остротою и увлекательностью его речи. В одном из таких настроений он, собравши нас в кружок, рассказал сказку про Черта, который ездил на извозчике на Васильевский остров 14 . Эту сказку с его же слов записал некто Титов и поместил, кажется, в Подснежнике. Пушкин был невыразимо мил, когда задавал себе тему угощать и занимать общество. Однажды с этою целью явился он в Тригорское с своею большою черною книгою, на полях которой были начерчены ножки и головки, и сказал, что он принес ее для меня. Вскоре мы уселись вокруг него, и он прочитал нам своих «Цыган» 15 . Впервые мы слышали эту чудную поэму, и я никогда не забуду того восторга, который охватил мою душу. Я была в упоении как от текучих стихов этой чудной поэмы, так и от его чтения, в котором было столько музыкальности, что я истаивала от наслаждения; он имел голос певучий, мелодический и, как он говорит про Овидия в своих «Цыганах»:

Через несколько дней после этого чтения тетушка предложила нам всем после ужина прогулку в Михайловское 16 . Пушкин очень обрадовался этому, и мы поехали. Погода была чудесная, лунная июньская ночь дышала прохладой и ароматом полей. Мы ехали в двух экипажах: тетушка с сыном в одном; сестра, Пушкин и я в другом. Ни прежде, ни после я не видала его так добродушно веселым и любезным. Он шутил без острот и сарказмов; хвалил луну, не называл ее глупою 17 , а говорил: «J’aime la lune quand elle eclaire un beau visage»[11], хвалил природу и говорил, что он торжествует, воображая в ту минуту, будто Александр Полторацкий остался на крыльце у Олениных, а он уехал со мною; это был намек на то, как он завидовал при нашей первой встрече А. Полторацкому, когда тот уехал со мною. Приехавши в Михайловское, мы не вошли в дом, а пошли прямо в старый, запущенный сад, «Приют задумчивых дриад» 18 , с длинными аллеями старых дерев, корни которых, сплетясь, вились по дорожкам, что заставляло меня спотыкаться, а моего спутника вздрагивать. Тетушка, приехавши туда вслед за нами, сказала: «Mon cher Pouchkine, faites les honneurs de votre jardin a Madame»[12]. Он быстро подал мне руку и побежал скоро, скоро, как ученик, неожиданно получивший позволение прогуляться. Подробностей разговора нашего не помню; он вспоминал нашу первую встречу у Олениных, выражался о ней увлекательно, восторженно и в конце разговора сказал: «Vous aviez un air si virginal; n ‘est ce pas que vous aviez sur vous quelque chose comme une croix?»[13]

На другой день я должна была уехать в Ригу вместе с сестрою Анной Николаевной Вульф. Он пришел утром и на прощанье принес мне экземпляр 2-й главы Онегина 19 , в неразрезанных листках, между которых я нашла вчетверо сложенный почтовый лист бумаги со стихами:

Когда я сбиралась спрятать в шкатулку поэтический подарок, он долго на меня смотрел, потом судорожно выхватил и не хотел возвращать; насилу выпросила я их опять; что у него промелькнуло тогда в голове, не знаю. Стихи эти я сообщила тогда барону Дельвигу, который их поместил в своих Северных цветах. Михаил Иванович Глинка сделал на них прекрасную музыку и оставил их у себя 20 .

Во время пребывания моего в Тригорском я пела Пушкину стихи Козлова:

Мы пели этот романс Козлова, на голос «Benedetto, sia la madre»[14], баркаролы венецианской. Пушкин с большим удовольствием слушал эту музыку и Писал в это время Плетневу: «Скажи старцу Козлову, что здесь есть одна прелесть, которая поет его ночь. Как жаль, что он ее не увидит! дай бог ему ее слышать!» 22

Итак, я переехала в Ригу. Тут гостили у меня сестра, приехавшая со мною, и тетушка со всем семейством. Пушкин писал из Михайловского к ним обеим; в одном из своих писем тетушке он очертил мой портрет 23 так:

«Хотите знать, что такое г-жа К…? – она изящна; она все понимает; легко огорчается и так же легко утешается; у нее робкие манеры и смелые поступки, – но при этом она чудо как привлекательна»[15].

Его письмо к сестре очень забавно и остро, выписываю здесь то, что относилось ко мне:

«Все Тригорское распевает: не мила ей прелесть ночи, и сердце мое сжимается, слушая эту песню. Вчера я четыре часа сряду говорил с Алексисом; никогда еще не было у нас такого длинного разговора. Что же вдруг соединило нас? Скука? Сродство чувств? Право, и сам не знаю. Каждую ночь я гуляю в своем саду и говорю себе: «Здесь была она… камень, о который она споткнулась 1) , лежит на моем столе подле увядшего гелиотропа 2) . Наконец я много пишу стихов. Все это, если хотите, крепко похоже на любовь, но божусь вам, что о ней и помину нет. Будь я влюблен, – я бы, кажется, умер в воскресенье от бешеной ревности, – а между тем мне просто было досадно 3) . Но все-таки мысль, что я ничего не значу для нее, что, заняв па минуту ее воображение, я только дал пищу ее веселому любопытству, – мысль, что воспоминание обо мне не нагонит на нее рассеянности среди ее триумфов и не омрачит сильнее лица ее в грустные минуты, – что прекрасные глаза ее остановятся на каком-нибудь рижском фате с тем же пронзающим и сладострастным выражением, – о, эта мысль невыносима для меня… Скажите ей, что я умру от этого… нет, лучше не говорите, а то это восхитительное создание станет смеяться надо мною. Но скажите ей, что если в сердце ее не таится сокровенная нежность ко мне, если нет в нем таинственного и меланхолического влечения, – то я презираю ее – слышите ли – презираю, не обращая внимания на удивление, которое вызовет в ней такое небывалое чувство.

«Простите за откровенность» и «Я весьма дорожу вашим мнением» ( фр .).

До чего же я был неучтив сегодня! ( фр .)

Чудесно! Чудесно! ( фр .)

Я люблю луну, когда она освещает прекрасное лицо ( фр .).

Мой милый Пушкин, будьте же гостеприимны и покажите госпоже ваш сад ( фр .)

Вы выглядели такой невинной девочкой; на вас было тогда что-то вроде крестика, не правда ли? ( фр .)

«Пусть благословенна будет мать» ( ит .).

Здесь и далее курсивом выделен текст, в оригинале написанный по-французски

Источник:

www.rulit.me

Я помню чудное мгновенье - н

«Я помню чудное мгновенье» А.Пушкин

«Я помню чудное мгновенье…» Александр Пушкин

Я помню чудное мгновенье…

Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

В томленьях грусти безнадежной

В тревогах шумной суеты,

Звучал мне долго голос нежный

И снились милые черты.

Шли годы. Бурь порыв мятежный

Рассеял прежние мечты,

И я забыл твой голос нежный,

Твой небесные черты.

В глуши, во мраке заточенья

Тянулись тихо дни мои

Без божества, без вдохновенья,

Без слез, без жизни, без любви.

Душе настало пробужденье:

И вот опять явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

И сердце бьется в упоенье,

И для него воскресли вновь

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

Анализ стихотворения Пушкина «Я помню чудное мгновенье»

Одно из самых знаменитых лирических стихотворений Александра Пушкина «Я помню чудное мгновенье…» было создано в 1925 году, и имеет под собой романтическую подоплеку. Посвящено оно первой красавице Санкт-Петербурга Анне Керн (в девичестве Полторацкой), которую поэт впервые увидел в 1819 году на приеме в доме ее тетки, княгини Елизаветы Олениной. Будучи по натуре человеком страстным и темпераментным, Пушкин сразу же влюбился в Анну, которая к тому времени была замужем за генералом Ермолаем Керн и воспитывала дочь. Поэтому законы приличия светского общества не позволили поэту открыто выразить свои чувства женщине, которой он был представлен всего несколько часов назад. В его памяти Керн осталась «мимолетным виденьем» и «гением чистой красоты».

В 1825 году судьба вновь свела Александра Пушкина и Анну Керн. На этот раз – в Тригорском поместье, недалеко от которого находилось село Михайловское, куда поэт было сослан за антиправительственные стихи. Пушкин не только узнал ту, которая 6 лет назад пленила его воображение, но и открылся ей в своих чувствах. К тому времени Анна Керн рассталась с «мужем-солдафоном» и вела довольно свободный образ жизни, который вызывал осуждение в светском обществе. О ее бесконечных романах ходили легенды. Однако Пушкин, зная об этом, все же был убежден, что эта женщина является образцом чистоты и благочестия. После второй встречи, которая произвела на поэта неизгладимое впечатление, Пушкин и создал свое стихотворение «Я помню чудное мгновенье…».

Произведение является гимном женской красоте, которая, по мнению поэта, способна вдохновить мужчину на самые безрассудные подвиги. В шести коротких четверостишьях Пушкин сумел уместить всю историю знакомства с Анной Керн и передать те чувства, которые испытал при виде женщины, которая на долгие годы пленила его воображение. В своем стихотворении поэт признается, что после первой встречи «звучал мне долго голос нежный и снились милые черты». Однако по воле судьбы юношеские грезы остались в прошлом, и «бурь порыв мятежный рассеял прежние мечты». За шесть лет разлуки Александр Пушкин стал знаменитым, но, вместе с тем, утратил вкус жизни, отмечая, что лишился остроты чувств и вдохновенья, которое всегда было присуще поэту. Последней каплей в море разочарования стала ссылка в Михайловское, где Пушкин был лишен возможности блистать перед благодарными слушателями – владельцы соседних помещичьих усадьб мало интересовались литературой, предпочитая охоту и выпивку.

Поэтому неудивительно, когда в 1825 году в имение Тригорское пожаловала генеральша Керн с престарелой маменькой и дочерьми, Пушкин тут же отправился к соседям с визитом вежливости. И был вознагражден не только встречей с «гением чистой красоты», но и удостоен ее благосклонности. Поэтому неудивительно, что последняя строфа стихотворения наполнена неподдельным восторгом. Он отмечает, что «воскресли вновь и божество, и вдохновенье, и жизнь, и слезу, и любовь».

Тем не менее, по утверждению историков, Александр Пушкин заинтересовал Анну Керн лишь как модный поэт, овеянный славой непокорности, цену которой эта свободолюбивая женщина знала очень хорошо. Сам же Пушкин неверно истолковал знаки внимания со стороны той, которая вскружила ему голову. В итоге между ними произошло довольно неприятное объяснение, которое расставило все точки над «i» во взаимоотношениях. Но даже несмотря на это, Пушкин посвятил Анне Керн еще множество восхитительных стихотворений, долгие годы считая эту женщину, посмевшую бросить вызов моральным устоям высшего общества, своей музой и божеством, перед которым преклонялся и которым восхищался, вопреки сплетням и пересудам.

Источник:

pishi-stihi.ru

Керн А. Чудное мгновенье

А. С. Пушкин. Стихи о любви

Одно из самых знаменитых стихотворений в русской лирике было посвящено Анне Петровне Керн (1800—1879).

Я помню чудное мгновенье:

Передо мной явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

В тревогах шумной суеты,

Звучал мне долго голос нежный

И снились милые черты.

Рассеял прежние мечты,

И я забыл твой голос нежный,

Твои небесные черты.

Тянулись тихо дни мои

Без божества, без вдохновенья,

Без слез, без жизни, без любви.

И вот опять явилась ты,

Как мимолетное виденье,

Как гений чистой красоты.

И для него воскресли вновь

И божество, и вдохновенье,

И жизнь, и слезы, и любовь.

Эти стихи не только навеки прославили А. П. Керн, но стали подлинным гимном любви, ее самым чистым выражением. Воздействие стихов было усилено музыкой М. И. Глинки, которую тот написал в 1839 году, посвятив ее дочери А. П. Керн —- Екатерине Ермольевне. Так мать и дочь были навсегда введены в историю русской поэзии и музыки. Однако при всей автобиографичности пушкинская лирика была прежде всего результатом поэтической фантазии.

Еще в декабре 1824 года он спрашивал в письме у приятеля: «Объясни мне, милый, что такое А. П. Керн, которая написала много нежностей обо мне своей кузине? Говорят, она премиленькая вещь — но   с л а в н ы   Л у б н ы   з а   г о р а м и».

Полгода спустя Анна Петровна приехала недели на три в Тригорское, и поэт, едва увидев ее, влюбился. Через два дня после ее отъезда писал: «Каждую ночь гуляю я по саду и повторяю себе: она была здесь — камень, о который она споткнулась, лежит у меня на столе, подле ветки увядшего гелиотропа, я пишу много стихов — все это, если хотите, очень похоже на любовь, но клянусь вам, что это совсем не то. Будь я влюблен, в воскресенье со мной сделались бы судороги от бешенства и ревности, между тем мне было только досадно. » В письме же, адресованном самой Анне Керн и написанном в середине августа (месяца еще не минуло), он уже вовсю иронизировал, не скрывая своей насмешки: «Перечитываю ваше письмо вдоль и поперек и говорю: милая! прелесть! божественная. а потом: ах, мерзкая! — Простите, прекрасная и нежная, но это так. Нет никакого сомнения в том, что вы божественны, но иногда вам не хватает здравого смысла. Вы уверяете, что я не знаю вашего характера. А какое мне до него дело? очень он мне нужен — разве у хорошеньких женщин должен быть характер? главное — это глаза, зубы, ручки, и ножки. »

«Гений чистой красоты» — это и цитата из стихотворения Жуковского «Лалла Рук», и полемика с ним: у Жуковского этот образ — мистический символ совершенства, недостижимого в реальном мире, у Пушкина — восхищение реальной, земной красотой.

Позднее Пушкин и Керн встречались в Петербурге, поддерживали добрые, отношения, но ничего похожего на чувство, породившее «Я помню чудное мгновение», не возникало. Это было действительно всего лишь мгновенье. В стихах, написанных Пушкиным в альбом Анне Петровне, только шутливое озорство, вроде:

Вези, вези, не жалей,

Со мной ехать веселей.

Без тебя, моя душа.

ВАКХИЧЕСКАЯ ПЕСНЯ

Что смолкнул веселия глас?

Раздайтесь, вакхальны припевы!

Да здравствуют нежные девы

И юные жены, любившие нас!

Полнее стакан наливайте!

Заветные кольца бросайте!

Подымем бокалы, содвинем их разом!

Да здравствуют музы, да здравствует разум!

Ты, солнце святое, гори!

Как эта лампада бледнеет

Пред ясным восходом зари,

Так ложная мудрость мерцает и тлеет

Пред солнцем бессмертным ума.

Да здравствует солнце, да скроется тьма!

В крови горит огонь желанья.

Душа тобой уязвлена,

Лобзай меня: твои лобзанья

Мне слаще мирра и вина.

Склонись ко мне главою нежной,

И да почию безмятежный,

Пока дохнет веселый день

И двигнется ночная тень.

Вертоград моей сестры,

Чистый ключ у ней с горы

Не бежит запечатленный.

У меня плоды блестят

У меня бегут, шумят

Воды чистые, живые.

Нард, алой и киннамон

Лишь повеет аквилон,

И закаплют ароматы.

Оба стихотворения представляют собой вариации на библейские мотивы из «Песни песней». Ср. «Да лобзает он меня лобзанием уст своих! Ибо ласки твои лучше вина. От благовония мастей твоих имя твое — как разлитое миро; поэтому девицы любят тебя. » «Пришел я в сад мой, сестра моя, невеста; набрал мирры моей с ароматами моими, поел сотов моих с медом моим. » Вертоград— сад, виноградник; миро — благовонное масло.

Ты богоматерь, нет сомненья,

Не та, которая красой

Пленила только дух святой,

Мила ты всем без исключенья;

Не та, которая Христа

Родила, не спросясь супруга.

Есть бог другой земного круга —

Ему послушна красота,

Он бог Парни, Тибулла, Мура,

Им мучусь, им утешен я.

Он весь в тебя — ты мать Амура,

Ты богородица моя.

Т и б у л л   А л ь б и й (I в. до н. э.) — римский поэт, воспевавший в своих элегиях уют домашнего очага, верность любимой подруге.

М у р   Т о м а с (1779—1852) — английский поэт, известен романтическими «Ирландскими мелодиями», поэмой «Лалла Рук», переведенной Жуковским. Незадолго перед стихами Пушкина вышла поэма «Любовь ангелов» (1823).

Источник:

www.lovelegends.ru

Чудное мгновенье: Анна Петровна Керн: mashutka_alfi

Чудное мгновенье: Анна Петровна Керн

Интересная была дама. Пушкин в письме описал её так: "Хотите знать, что такое г-жа К. - она изящна; она все понимает; легко огорчается и так же легко утешается; у нее робкие манеры и смелые поступки, - но при этом она чудо как привлекательна". Получившая хорошее домашнее образование, дочь полтавского помещика, внучка орловского губернатора И.П.Вульфа, обладающая самостоятельным мышлением, Анна Керн всегда стремилась к общению с людьми талантливыми, духовными и незаурядными, восхищалась природой и литературой.

Все в том же дневнике для отдохновения она пишет о своих душевных качествах: "Душа у меня нежная, но я разборчива даже в выборе друзей… Человеку бездушному я никогда не доверюсь".

Но жизнь уже в это время распорядилась с ней по иному, и эти слова были желанием, но не действительностью.

Отец Анны, Пётр Маркович Полторацкий, предводитель уездного дворянства, был строг до чрезвычайности. Никаких принцев! Жениха должны выбирать родители! А чтобы Анет не забывалась, после каждого бала Пётр Маркович устраивал ей скандалы. И, как вспоминает Анна: "Если мне случалось танцевать с кем-нибудь два раза, то он жестоко бранил маменьку, зачем она допускала это, и мне было горько, и я плакала. Ни один бал не проходил, чтобы мне батюшка не сделал сцены или на бале, или после бала. Я была в ужасе от него и не смела подумать противоречить ему даже мысленно." Она не могла просто взглянуть на приходящих в дом юных кавалеров! А вскоре отец осуществил собственное "право" — привёл в дом жениха для дочери. Жениха звали Ермолай Федорович Керн — прекрасная, по общим представлениям, партия для провинциальной дворяночки.

В 16 лет, покорившись воле родителей, а точнее воле отца, Анна Петровна урожденная Полторацкая вышла замуж за пятидесятидвухлетнего генерала и родила от него троих дочерей. "("…муж либо спит, либо на ученьях, либо курит…" – пишет она в дневнике… а она тянулась к людям талантливым, духовным, тонким… Не совпали-с…)

Видимо, заново переживая свою судьбу, в Воспоминаниях о детстве она написала: "Против подобных браков, то есть браков по расчету, я всегда возмущалась. Мне казалось, что при вступлении в брак из выгод учиняется преступная продажа человека, как вещи, попирается человеческое достоинство, и есть глубокий разврат, влекущий за собою несчастие. "

В 1819 году зимой в Петербурге в доме своей тетки Е.М.Олениной она восторженно слушала И.А. Крылова, и здесь судьба впервые случайно столкнула её с Пушкиным, которого она попросту не заметила. "На одном из вечеров у Олениных я встретила Пушкина и не заметила его: мое внимание было поглощено шарадами, которые тогда разыгрывались и в которых участвовали Крылов, Плещеев и другие", - пишет она в воспоминаниях, и далее, словно оправдываясь: "В чаду. такого очарования (Крыловым, прим. авт.) мудрено было видеть кого бы то ни было, кроме виновника поэтического наслаждения, и вот почему я не заметила Пушкина"… Хотя Пушкин вовсю старался обратить на себя её внимание "льстивыми возгласами как, например: Можно ли быть такой хорошенькой!" и разговорами, в которых она что-то "нашла… дерзким, ничего не ответила и ушла".

Прошло 6 лет, и на всю Россию прогремели поэмы и стихи поэта, сосланного императором в ссылку в село Михайловское. "В течение 6 лет я не видела Пушкина, но от многих слышала про него, как про славного поэта, и с жадностью читала: Кавказский пленник, Бахчисарайский фонтан, Разбойники и 1-ю главу Онегина…"

И она уже им восхищена. Вот она, волшебная сила искусства. Некрасивый кудрявый, с африканскими чертами лица, юноша превратился в желанного кумира. Как она пишет: "Восхищенная Пушкиным, я страстно хотела увидеть его…"

Мужа она по-прежнему не выносит. "Никакая философия на свете не может заставить меня забыть, что судьба моя связана с человеком, любить которого я не в силах и которого я не могу позволить себе хотя бы уважать. Словом, скажу прямо - я почти его ненавижу", - пишет она.

"Если бы я освободилась от ненавистных цепей, коими связана с этим человеком! Не могу побороть своего отвращения к нему".

От всего этого и ненавистного мужа (вспомните, что писала она в дневнике: "…нет, мне решительно невозможно переносить далее подобную жизнь, жребий брошен. Да и в таком жалком состоянии, всю жизнь утопая в слезах, я и своему ребенку никакой пользы принести не могу". ), приняв решение жить дальше, а вопрос этот, видимо, перед ней стоял всерьез, и сбежала Анна Керн в Петербург в начале 1826 года…

В Петербурге у неё был самый яркий период в её судьбе, когда она жила такой насыщенной духовной жизнью, какой никогда не жила ранее, и впоследствии не будет жить никогда. Среди ее друзей была вся семья Пушкиных (отец Пушкина, мать Пушкина, брат Пушкина Лев, сестра Пушкина Ольга), семья Дельвигов, Вяземский, Крылов, Жуковский, Мицкевич, Глинка, Баратынский, Веневитинов, Никитенко.

Кстати, Пушкин, как замечает сама Керн, "был невысокого мнения о женщинах, его очаровывало в них остроумие, блеск и внешняя красота", а не добродетель. Однажды, говоря о женщине, которая его страстно любила (по-видимому, речь шла об Анне Николаевне Вульф), он сказал: ". нет ничего безвкуснее долготерпения и самоотверженности". "Я думаю, он никого истинно не любил, кроме няни своей и потом сестры", – напишет Анна Керн в воспоминаниях.

Но Анна в этот момент кокетничала с приятелем поэта (и сыном Осиповой?) Алексеем Вульфом, а в Риге между Анет и Вульфом случился пылкий роман. Пушкин же продолжал страдать, и Анна только через 2 года снизошла до гениального воздыхателя. Но, добившись своего, Пушкин обнаружил, что с этого момента чувства поэта быстро улетучились, и их связь прекратилась.

Женитьба Пушкина и смерть Дельвига в корне изменили привычную петербургскую жизнь Анны Керн. "Её превосходительство" уже не так приглашали, или совсем не приглашали на литературные вечера, где собирались известные ей не понаслышке талантливые люди, она лишилась общения с теми талантливыми людьми, с которыми, благодаря Пушкину и Дельвигу, свела её жизнь… Светское общество с её неопределенным статусом её отвергло… "Ни вдова ты, ни девица", – как было сказано Илличевским в 1828 году в шутливом стихотворении, посвященном Анне Керн, отец которой имел горчичную фабрику:

Но угодно так судьбе,

Ни вдова ты, ни девица,

И моя любовь к тебе -

После ужина горчица.

Словно злой рок довлел над ней все дальнейшие годы. Одна за другой умирают две её дочери, средняя Анна и младшая Ольга. В начале 1832 года скончалась её мать. "Когда я имела несчастие лишиться матери и была в очень затруднительном положении, то Пушкин приехал ко мне и, отыскивая мою квартиру, бегал, со свойственною ему живостью, по всем соседним дворам, пока наконец нашел меня," – пишет она. Муж отказал ей в денежном довольствии, видимо, таким способом пытаясь вернуть её домой… На что жила эта бесстрашная перед людской молвой женщина все эти годы, загадка. Пушкин и Е.М. Хитрово пытались помочь ей в хлопотах по возврату родового имения, в котором до смерти жила ее мать, проданного отцом Анны Керн Шереметеву.

Чтобы иметь "средства к существованию", она решила заняться переводами с французского, даже обращалась за содействием к Пушкину, но… чтобы быть хорошим переводчиком, нужно иметь опыт и талант близкий или равный оригинальному, потому у неё ничего не вышло. Известны несколько ироничных нелицеприятных слов Пушкина по поводу ее перевода романа Жорж Санд, но пушкинисты отмечают, что дружеское к ней отношение (в 1830-х годах Пушкин даже писал Анне Керн: "Будьте покойны и довольны и верьте моей преданности") было у него всю жизнь".

Но, не смотря на все удары судьбы, которая испытывала Керн, жизнь продолжалась. В нее, еще яркую и манящую в свои 36 лет, отчаянно влюбляется её троюродный брат, воспитанник кадетского корпуса, еще не покинувший его стен, шестнадцатилетний А.В. Марков-Виноградский, который на 20 лет ее моложе, и она отвечает взаимностью. Неплохо для того времени! Даже в наше время такие неравные связи, да еще с родственниками (хотя в те времена многие имели привычку жениться даже на кузинах, то есть двоюродных сестрах, а тут – всего лишь троюродный), вызывают массу пересудов… Смелая женщина.

Юноша ради любви потерял сразу все: предопределенное будущее, материальное благополучие, карьеру, расположение родных.

В возрасте 72 лет Ермолай Керн вышел в отставку в 1837 году, но так и не смог смириться с уходом жены и писал письма царю и военному министру, обвиняя Анну Петровну в том, что она "предалась блудной жизни" и, оставив его более 10 лет тому назад, "увлеклась совершенно преступными страстями своими". Дело было передано на рассмотрение министра юстиции, но сутяжник скончался, не дождавшись решения.

В 1839 году у Виноградских рождается сын, которого назвали Александром. При этом Анна Керн всё еще является официальной женой генерала Керна – как на такое смотрело общество в те времена – известно всем. Это был уже четвертый ребенок Анны Керн.

В 1841 году муж Анны Керн генерал Ермолай Федорович Керн умирает в возрасте 76 лет, а через год Анна Петровна официально оформляет брак с А.В. Марковым-Виноградским и становится Анной Петровной Марковой-Виноградской, честно отказывается от приличной пенсии, назначенной ей за умершего генерала Керна, от звания "превосходительства" и от материальной поддержки отца.

Безрассудная гордая женщина… Любовь у нее всегда была на первом плане.

Трудности только укрепляли их союз, в котором они, по их собственному выражению, "выработали себе счастье"."Бедность имеет свои радости, и нам всегда хорошо, потому что в нас много любви, - писала в 1851 году Анна Петровна. - Может быть, при лучших обстоятельствах мы были бы менее счастливы. Мы, отчаявшись приобрести материальное довольство, гоняемся за наслаждениями души и ловим каждую улыбку окружающего мира, чтоб обогатить себя счастьем духовным. Богачи никогда не бывают поэтами. Поэзия - богатство бедности. "

После 1865 года Анна Керн с мужем А.В.Марковым-Виноградским, который вышел в отставку с чином коллежского асессора с мизерной пенсией, жили в страшной бедности и скитались по разным углам у родных в Тверской губернии, в Лубнах, в Киеве, в Москве, в селе Прямухино.

В конце жизни из-за постоянной нехватки денег Анне Петровне даже пришлось продать Пушкинские письма, единственную ценность, которой она обладала и бережно их хранила до последнего. Письма были проданы по смешной цене – по 5 рублей за письмо (для сравнения: при жизни Пушкина очень роскошное издание "Евгения Онегина" стоило 25 рублей за экземпляр), так что ни от продажи писем, ни от издания воспоминаний Анна Керн не получила никакой существенной материальной выгоды. К месту сказать, ранее оригинал стихотворения "Я помню чудное мгновение" композитор Михаил Глинка попросту утерял, когда сочинял на него свою музыку ("он взял у меня стихи Пушкина, написанные его рукою, чтоб положить их на музыку, да и затерял их, Бог ему прости!"); музыку, посвященную, кстати, дочери Анны Керн Екатерине, в которую (в дочь) Глинка был безумно влюблен. И которой, кстати, еще хуже сломал жизнь. Но это другая история

Так у бедной женщины к концу жизни, кроме воспоминаний, ничего не осталось.

Очевидцы вспоминали, как на одном торжестве знаменитый тенор Федор Комиссаржевский пел романс Глинки «Я встретил вас. », и по щекам старушки Керн катились слезы. Она не замечала, что певец фальшивит, не понимала, что тот делает это нарочно: Анна Петровна замучила всех воспоминаниями о Пушкине. Слушая Комиссаржевского, сын Саша шепнул отцу, что назавтра маменька опять велит им отыскать желтую конфетку — такую же, как когда-то подарил ей Пушкин. В старости Анна Петровна стала придирчивой и вздорной, но муж по-прежнему видел в ней земное воплощение небесных совершенств.

В январе 1879 года в селе Прямухине "от рака в желудке при страшных страданиях", как пишет его сын, скончался А.В. Марков-Виноградский, муж Анны Керн, а через 4 месяца 27 мая 1879 года в недорогих меблированных комнататах на углу Тверской и Грузинской в Москве (в Москву её перевез сын) в возрасте 79 лет закончила свой жизненный путь и Анна Петровна Маркова-Виноградская (Керн).

  • Добавить комментарий
  • 3 комментария

Android Выбрать язык Текущая версия v.211.4

Источник:

mashutka-alfi.livejournal.com

Керн А. Чудное мгновенье в городе Владивосток

В этом каталоге вы имеете возможность найти Керн А. Чудное мгновенье по доступной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть прочие предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и обзорами товара. Транспортировка осуществляется в любой город России, например: Владивосток, Рязань, Саратов.