Книжный каталог

Владимир Соловьев Не только Евтушенко

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Имя великого футболиста стало обозначением любого футболиста либо футбольного фаната вообще - пеле с маленькой буквы, а имя великого физика - единицей измерения силы тока - ампер. Превращу и я имя собственное в имя нарицательное - евтушенко, и расширю это эмблематичное понятие применительно к знаковым именам эпохи, его однокорытникам не только по литературному, но и по культурно-политическому цеху. Кто спорит, условность, но ничуть не более, чем понятие шестидесятник . Без вопросов! Порядок.

Характеристики

  • Вес
    195
  • Ширина упаковки
    145
  • Высота упаковки
    30
  • Глубина упаковки
    220
  • Автор
    Владимир Соловьев
  • Тип издания
    Отдельное издание
  • Тип обложки
    Твердый переплет
  • Произведение
    Не только Евтушенко

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Соловьев В. Не только Евтушенко Соловьев В. Не только Евтушенко 531 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Владимир Соловьев Не только Евтушенко Владимир Соловьев Не только Евтушенко 229 р. litres.ru В магазин >>
Высоцкий и другие. Памяти живых и мертвых. (Соловьев В.) Высоцкий и другие. Памяти живых и мертвых. (Соловьев В.) 515 р. auchan.ru В магазин >>
Владимир Соловьев Высоцкий и другие. Памяти живых и мертвых Владимир Соловьев Высоцкий и другие. Памяти живых и мертвых 229 р. litres.ru В магазин >>
Владимир Соловьев Высоцкий и другие. Памяти живых и мертвых Владимир Соловьев Высоцкий и другие. Памяти живых и мертвых 559 р. ozon.ru В магазин >>
Владимир Соловьев Владимир Соловьев. Волшебник Владимир Соловьев Владимир Соловьев. Волшебник 189 р. ozon.ru В магазин >>
Соловьев В. Великие поэты. Том 66. Владимир Соловьев. Мчи меня, память Соловьев В. Великие поэты. Том 66. Владимир Соловьев. Мчи меня, память 62 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Не только Евтушенко

LITMIR.BIZ Популярные Наши рекомендации ТОП просматриваемых книг сайта: Не только Евтушенко. Владимир Соловьев Информация о произведении:

Год выпуска 2015

Не только Евтушенко

© Соловьев В., 2015

© Издание. Оформление. ООО Группа Компаний «РИПОЛ классик», 2015

По замыслу автора, эта книга и следующая за ней «Дорогие мои покойники. Памяти живых и мертвых» – мемуарно-аналитический портрет не только одного поколения, но всего шестидесятничества как культурного, политического и исторического явления. Многих ведущих фигурантов этого движения, с Евтушенко начиная, автор знал близко, тесно общался и многократно о них писал в разных жанрах на протяжении полувека, хотя шестидесятником себя не считает и принадлежит к следующему поколению сороковиков – вместе со своими друзьями Бродским, Довлатовым, Шемякиным.

На обложке и титуле стоит имя одного ее автора, но она немыслима без Елены Клепиковой, и не только в главах, лично ею написанных либо ей посвященных. Как и моя жизнь без Лены – непредставима.

Посвящаю эту книгу живым и мертвым, без дружбы с которыми она бы не состоялась: Жене Евтушенко, Фазилю Искандеру, Юнне Мориц, Тане Бек, Булату Окуджаве, Анатолию Васильевичу Эфросу, Александру Володину, Юзу Алешковскому, Борису Слуцкому, Жене Рейну, Александру Межирову.

Спасибо Евгению Евтушенко за письма, советы и разрешения.

Спасибо Михаилу Шемякину за представленные в следующей книге рисунки, фото и воспоминания, посвященные Высоцкому, а московскому писателю Георгию Елину – за фотографические портреты шестидесятников из его «Книжки с картинками» (сайт мюнхенской библиотеки Im Werden).

Как и предыдущей книге про Бродского, этой много поспособствовал талантливый нью-йоркский фотограф и художник Аркадий Богатырев, чьи отличные снимки и коллажи представлены среди иллюстраций.

Я благодарен также за помощь и поддержку на разных этапах работы Сергею Виннику, Саше Гранту, Лене Довлатовой, Владимиру Карцеву, Геннадию Кацову, Илье Левкову, Зое Межировой, Юрию Середе, Юджину (Евгению) Соловьеву, Лане Форд, Михаилу Фрейдлину, Науму Целесину, Изе Шапиро, Наташе Шапиро, Наташе Шарымовой, Саре Шемякиной, а также моим безымянным помощникам по сбору информации X, Y & Z.

Особая признательность издательству «РИПОЛ классик», которое автор считает родным домом, хотя ни разу там не был. Именно это издательство выпустило уже с полдюжины моих и Елены Клепиковой книг, сольных и в соавторстве, а теперь издает авторский сериал под рабочим названием «Фрагменты великой судьбы». Первые четыре книги – предыдущие о Довлатове и Бродском и эти – «Не только Евтушенко» и «Дорогие мои покойники», которые выходят с промежутком в месяц, а вскоре последует еще одна – анонсирую заранее:

«Быть Владимиром Соловьевым. Мое поколение – от Барышникова и Бродского до Довлатова и Шемякина».

Не только Евтушенко. Наперегонки со смертью

Палимпсест: принципы группового портрета

Володя и Лена, наши сложные, но все-таки неразрывные отношения…

Евг. Евтушенко – Владимиру Соловьеву и Елене Клепиковой 11 апреля 2015

Когда-нибудь – если успею – я еще расскажу историю моих бесконечных скитаний: внутри Л-да, из Л-да в Москву, из Москвы – в Вену, из Вены – в Рим, наконец в Америку; и вот уже четвертый переезд в самом Нью-Йорке: отель «Люцерн» у Центрального парка в Манхэттене, сразу после приезда 15 сентября 1977-го (в ту ночь умерла Мария Каллас 53 лет от роду), – Вашингтон Хайтс в верхнем Манхэттене – Рего Парк – Флашинг. Последний переезд внутри Куинса, спального района Большого Нью-Йорка, который, тем не менее, замыкает десятку самых дорогих городских зон Америки в списке 311 топографических имен, а возглавляет его, понятно, Манхэттен. Переезд некрологический, предсмертный, да и кладбище под боком, где лежит Сережа Довлатов, вряд ли только мне светит: семь тысяч в лапу – чтобы получить здесь место. Не лучше ли завещать свои органы медицине: anatomical gif – ни лишних трат, ни хлопот наследникам? Если только медицина от моих пожилых, поживших, отживших органов не откажется. Все равно что решиться продать душу дьяволу, а он: на кой мне твоя потрепанная, измочаленная, истерзанная, дырявая, продажная и подлая душонка!

Душонка, обремененная трупом, – обозвал человека великий раб Эпиктет.

Душонка мышонка. Душонка в мошонке. Душонка-тушенка.

Тушеная душа в консервной банке на полочке колумбария.

За душу не скажу, а физическую расчлененку на благо медицине предпочел бы, чем гнить на кладбище или дергаться в печи крематория. В Швеции практикуют уже экологические захоронения, но досюда дойдет, когда рак свистнет. Брок Елгарт, наш безнадежно больной гепатитом С приятель, является однажды к нам: «Я – с мамой» – и водружает на стол коробку, а в ней урна с прахом его матери, которая помимо пепла, оставила ему острое чувство вины за детские и юношеские прегрешения – реальные или мнимые, не знаю. Моя тоже посмертно ела меня поедом, покуда не сочинил про нее рассказ «Умирающий голос моей мамы», который все, знакомые и незнакомые, моего сына включая, осудили за надругательство над

Источник:

litmir.biz

Не только Евтушенко Владимир Соловьев

Владимир Соловьев Не только Евтушенко

Только вот в 18 финала едва не вылетели на родном республиканском. Демьяненко, сергей балтача, вадим евтушенко и владимир бессонов (фото getty images). Соловьев озвучил угрозу в адрес украины. Не случайно именно это наименование присвоил себе агадин. К автору этих заметок обратился мой одноклассник валентин михайлович соловьёв,. На деньги предпринимателей, составляющие только на этом рынке. Евтушенко послал брежневу телеграмму главным редактором журнала юность должен быть только один человек андрей дементьев. Москве случилось его бы не вытащили сергей соловьев доктор сказал маме. Владимира путина, один из основателей российского комитета. Я никогда не считал себя антисоветским поэтом скорее, романтиком. И стукнул кулаком по столу, за которым мы только что выпивали. Если бы это в москве случилось его бы не вытащили сергей соловьев доктор. Владимира путина, один из основателей российского коИтальянская вилла владимира соловьева, расположенная на берегу. Но владимир рудольфович не то чтобы остался у разбитого корыта. Использование материалов сайта разрешено только при наличии. На некоторые из вопросов евтушенко ответил в этом письме. Евгением баратынским, а заканчивается владимиром соловьевым,. Владимир соловьев - ведущий, который думает, что неотразим во всех. С машей, увы, ненормально только и можно общаться - я-то не. О ней лучше, чем евгений евтушенко о белле ахмадулиной в не. Кто есть кто на ставрополье и не только визит игоря стрелкова. Время, когда спадают маски владимир соловьев. Пользователи не стесняются выражать свое негодование,. Вот, к примеру лгун номер один россии - владимир соловьев,. В одиночестве у окна стоял сергей. Новостные передачи дмитрия киселева, ток-шоу владимира соловьева,. С дмитрием киселевым журналист не только исказил слова французов,.

Recent Entries Статистика

Copyright 2016 belize.bykau.ru

Библиотека Быковский филиал Современной гуманитарной академии

Источник:

belize.bykau.ru

Спокойное место российского интернета для интеллигентных людей — Соловьев: «Высоцкий меня потряс

Соловьев: «Высоцкий меня потряс. в спектакле Эфроса»

Известный русско-американский журналист (литературный критик, прозаик etc.) Владимир Соловьев, живущий в Нью-Йорке, решил опубликовать книгу, в которой был бы отражен «групповой портрет шестидесятников на фоне России» — Шукшин, Любимов, Эфрос, Тарковский, Вознесенский, Окуджава. и, конечно же, Владимир Высоцкий, чей характер было выписать наиболее сложно. Ибо образ этот должен быть по-высоцки правдив, без налета лживого пафоса и предрассудков.

Известный русско-американский журналист (литературный критик, прозаик etc.) Владимир Соловьев, живущий в Нью-Йорке, решил опубликовать книгу, в которой был бы отражен «групповой портрет шестидесятников на фоне России» — Шукшин, Любимов, Эфрос, Тарковский, Вознесенский, Окуджава. и, конечно же, Владимир Высоцкий, чей характер было выписать наиболее сложно. Ибо образ этот должен быть по-высоцки правдив, без налета лживого пафоса и предрассудков.

. Как художника я знал Высоцкого близко, в личку — на экране, на сцене и по песням, которые слушал не только в записях, но и на концертных квартирниках. Познакомил нас Женя Евтушенко в кабинете Любимова после премьеры «Под кожей статуи Свободы» — один из самых слабых у него спектаклей, хотя Юрий Петрович и попытался выжать из этой поэмы все что мог, но — не стоила выделки.

Признаюсь, что не был безразборным фанатом Высоцкого-актера, и его прославленный Гамлет надоел мне за четыре часа сценического действа до чертиков, еле выдержал — нельзя самую философическую роль на театре строить на одном хриплом крике. Зато в роли Лопахина в «Вишневом саде» — в том же Театре на Таганке, но у другого режиссера (Анатолия Эфроса) Высоцкий меня потряс. Он играл выдержанного, изящного, умного человека, но самая сильная сцена Высоцкого, когда его Лопахин не выдерживает, лишается вдруг трезвого разума и никак не может понять, что же ему привалило с покупкой вишневого сада — счастье или несчастье. Истеричный, пьяный танец Лопахина-Высоцкого неожиданно роднит его со всеми остальными героями этой странной и не очень смешной комедии Чехова. Думаю, это была лучшая роль, когда-либо Высоцким сыгранная. Несомненно, Эфросу в этом спектакле повезло на Высоцкого — как Высоцкому в свою очередь на Эфроса.

Иное дело — Высоцкий-бард: я высоко ставил не только его песни, но и его стихи и понимал его страстное, так и неутоленное желание увидеть их напечатанными: лучшие его тексты под гитару выдерживали гутенбергову проверку. С этим, собственно, и связан один эпизод в нашей семейной жизни.

В середине 70-х желание Высоцкого быть напечатанным было близко к осуществлению как никогда. Либеральный питерский журнал «Аврора», где работала Лена Клепикова, уже набрал подборку его стихов, и благодарный Володя дал приватный концерт в редакции. Лена позвонила мне, и я прибыл с нашим сыном-тинейджером Женей на этот импровизированный концерт: мой тезка наяривал часа два, наверное, с видимым удовольствием — аудитория была новой, элитной, профессиональной. В промежутках — треп, выпивон, закусон. Однако вспоминать о Высоцком у меня все равно нет никаких оснований. Тем более все кончилось так печально: в последнюю минуту обком партии снял цикл стихов Высоцкого.

Я бы и не решился дать здесь его портрет, если бы не неожиданная подмога от двух моих друзей, один из которых знал его близко — Михаил Шемякин, а другой еще меньше, чем я, — Юджин Соловьев. Оба, однако, впервые увидели его в один и тот же год — 1974-й. Один — в Париже, знаменитым художником, другой — в Ленинграде, 10-летним пацаном на этом самом частном концерте в «Авроре». На Юджина-Евгения Соловьева, нашего с Леной Клепиковой единственного отпрыска, эта встреча произвела такое сильное впечатление, что спустя несколько десятилетий, став американским поэтом, он напишет о Высоцком стихотворение.

Касаемо звездной дружбы двух больших русских художников Михаила Шемякина и Владимира Высоцкого, то хоть она и продлилась всего шесть лет, до преждевременной, в 42 года, смерти Высоцкого, да и встречались они не так часто — во время наездов Высоцкого в Париж, но обоим на эту дружбу крупно повезло — это был духовный союз по причине сродства душ. Не побоюсь сказать, что ни у Володи, ни у Миши не было по жизни более близкого человека. Именно в эти годы — 1975–1980 — Шемякин записал 107 песен Высоцкого. Помимо высокого качества самих записей необычайно важен уникальный, интимный адрес исполнения: Высоцкий пел не для безликой аудитории, а для своего близкого друга.

Великая эта дружба продлилась post mortem: мало того что Шемякин способствовал трехтомному нью-йоркскому изданию Высоцкого в 1988 году, но в приложении к этому самому полному по тем временам собранию выпустил отдельной книжкой его стихи и песни со своими рисунками. Я бы не решился даже назвать их иллюстрациями, потому как, по сути, они не иллюстративны — скорее антииллюстративны. Шемякин не просто придерживается стиховых драйвов, но отталкивается от них и дополняет. Ну да, по Декарту — тот самый щелчок, который приводит в движение в данном случае художественное воображение. Стихи Высоцкого — как источник вдохновения и кормовая база для Шемякина. Зритель может сопоставлять и сравнивать слово и изо, но вправе рассматривать эти рисунки как самостоятельные произведения искусства. Из этих семи черно-белых образов за тридцать лет выросла целая симфония в цвете — 42 изображения!

Иллюстрации к будущей книге Владимира Соловьева «Не только Евтушенко». РИПОЛ классик, Москва.Фото и рисунки Михаила Шемякина к песням и стихам Высоцкого из архива художника.

Этой итоговой книге «Две судьбы» — с текстами и рисунками, фотографиями и воспоминаниями, комментами и факсимиле — в высшей степени присущи полифонизм, трагизм, многомыслие. Она не только о сдвоенной, переплетенной судьбе двух художников, но о судьбе России под их пристальным скрещенным взглядом.

Владимир СОЛОВЬЕВ, Нью-Йорк.

. Совершенно справедливо заметил Дмитрий Быков, что лирика Игоря Кохановского с семидесятых годов и до нынешнего времени «являет пример непосредственности, естественности, даже разговорности». Причем, казалось бы, за бытовой интонацией стоит абсолютная человеческая надежность. Кохановский был другом Высоцкого, посвятил ему несколько песен. И сегодня, в день памяти Владимира Семеновича, мы печатаем одно из пронзительных стихотворений Кохановского — «здесь посетил меня мой друг, чье творчество — сама эпоха».

Казалось мне, кругом сплошная ночь,

тем более что так оно и было.

Бывает, вспомню Магадан,

где я родился, но и где я

вторично к тридцати годам

своё отпраздновал рожденье,

начав свой путь (почти с нуля)

как журналист и стихотворец,

и мне колымская земля

сказала: «С Богом, иноходец!»

Здесь были первые шаги

трудны, но не от гипоксии

в стихии северной тайги

на самом краешке России,

где ветер, вечно груб и шал,

гулял в любое время года,

где не хватало кислорода,

а я свободнее дышал.

Здесь посетил меня мой друг,

чьё творчество — сама эпоха…

(Ему в то время было плохо —

крепчал поклёп партийных сук.)

Душой творца и скомороха

он принимал иной недуг

людской иль чей-нибудь конфуз

то словно фарс, то словно драму

своей судьбы, избравшей курс

(притом отнюдь не как рекламу)

тот, что держал его на грани

паденья в пропасть грубой брани,

где затаённая хула

всегда обжечь его могла,

как кипяток в закрытом кране.

На грани той свой дар взрастив,

канатоходцем без страховки,

рискованно, но без рисовки,

не раз хулителей смутив,

презрев падение с каната,

он шёл — в том главный был мотив

его души, его таланта,

в том видел главный свой искус

раскованный певец эпохи,

её почувствовавший пульс,

поднявший истин тяжкий груз,

познавший риска острый вкус,

вдруг оборвавший песнь на вдохе…

Я помню, как бродили мы

тогда в весеннем Магадане

среди рассветной полутьмы,

скрывающей от нас в тумане

дома, людей и те года,

что встретим, как два сводных брата,

не ведая, где и когда

меж нами клин вобьёт неправда.

Наговориться не могли,

не допуская, кроме тризны,

что где-то там, в иной дали

вдруг разойдутся наши жизни.

…Он будет всюду на виду,

как датский принц на авансцене,

незащищённый, на свету…

И славы яркая арена

закружит в замкнутом кругу

той вседозволенности ложной,

где, как в колымскую пургу,

и некогда, и невозможно

взглянуть хоть раз со стороны

на самого себя спокойно…

Он, словно в детстве пацаны,

был не способен на такое.

Он словно делался глухим

к звонкам беды, звонкам опасным,

а те, кто был в то время с ним,

поладили с его напастью,

заботясь больше о своём

присутствии в ближайшем круге,

чем о пытавшем на излом,

сжигающем его недуге,

с которым биться в одиночку

поэт не в силах был уже

и, может быть, в своей душе

на том бессилье ставил точку.

Один лишь Бог его уход

отсрочить мог бы хоть немного,

и сам поэт, ведя свой счёт,

с отсрочкой уповал на Бога…

Ещё, конечно, уповал

на женщину своей судьбины,

он с нею столько раз всплывал

со дна погибельной пучины,

сигналы SOS ей подавал,

как в песне той про субмарину…

Он лишь на Бога да Марину

в своём спасенье уповал.

Как в клетке, в суете мирской

он пестовал талант свой редкий,

подняться мог над суетой —

не мог расстаться с этой клеткой.

Я знаю, как он тосковал

о тихом доме, о покое,

но суеты безумный бал

опять захлёстывал волною.

Его знак звёздный, Водолей,

адресовал ему, как тосты,

безмерную любовь людей…

…Чем ночь темней, тем ярче звёзды.

И вся грядущая беда

была ещё небесной тайной,

когда мы встретились тогда,

в далёком Магадане.

Дата открытия сайта — 17 августа 1997 г.

Все права на материалы, находящиемся на сайте 1001.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе, об авторском

праве и смежных правах. Использование материалов сайте без разрешения владельца сайта В. В. Шахиджаняна ЗАПРЕЩЕНО!

Произошла ошибка :(

Уважаемый пользователь, произошла непредвиденная ошибка. Попробуйте перезагрузить страницу и повторить свои действия.

Если ошибка повторится, сообщите об этом в службу технической поддержки данного ресурса.

Вы можете отправить нам сообщение об ошибке по электронной почте:

Вы можете получить оперативную помощь, позвонив нам по телефону:

Устаревший браузер

Для корректной и безопасной работы ресурса необходимо иметь более современную версию браузера.

Пожалуйста, обновите ваш браузер или воспользуйтесь одним из предложенных ниже вариантов:

Источник:

1001.ru

Соловьев, Владимир Исаакович Не только Евтушенко

www.elfa-rt.ru

Порядок. Без вопросов. Кто спорит, условность, но ничуть не более, чем понятие «шестидесятник». Превращу и я имя собственное в имя нарицательное — евтушенко, и расширю это эмблематичное понятие применительно к знаковым именам эпохи, его однокорытникам не только по литературному, но и по культурно-политическому цеху. Имя великого футболиста стало обозначением любого футболиста либо футбольного фаната вообще — пеле с маленькой буквы, а имя великого физика — единицей измерения силы тока — ампер.

Рекомендуем посмотреть

Сафарли Э. Мне тебя обещали

Зеленский В. Толковый словарь по аналитич. психолог.

Весна Крмпотич Сто и восемь. Книга 2

aschurkov-eduard 3 Комментарии

спасибки всё отменно

Транскрипция MS Internet Explorer: [Майкрософт Интернет Испортил] Человеку свойствено ошибаться, и он пользуется этим свойством часто и с удовольствием. Носорог плохо видит, но, при его весе, это не его беда… Плесень размножается спорами. Не спорьте с плесенью! Капля никотина убивает лошадь, а хомяка разрывает на куски.

Тысяча девятьсот долларов на углу дней погульбанить с головой хватит. Но червячок уже знал: отбить.

Источник:

www.elfa-rt.ru

Читать и скачать книгу Владимир Соловьев - Не только Евтушенко бесплатно

Владимир Соловьев Не только Евтушенко Владимир Соловьев - Не только Евтушенко

  • Скачать
  • Отрывок

Владимир Исаакович Соловьев

Имя великого футболиста стало обозначением любого футболиста либо футбольного фаната вообще – пеле с маленькой буквы, а имя великого физика – единицей измерения силы тока – ампер. Превращу и я имя собственное в имя нарицательное – евтушенко, и расширю это эмблематичное понятие применительно к знаковым именам эпохи, его однокорытникам не только по литературному, но и по культурно-политическому цеху. Кто спорит, условность, но ничуть не более, чем понятие «шестидесятник». Без вопросов! Порядок.

По замыслу автора, эта книга и следующая за ней «Дорогие мои покойники. Памяти живых и мертвых» – мемуарно-аналитический портрет не только одного поколения, но всего шестидесятничества как культурного, политического и исторического явления. Многих ведущих фигурантов этого движения, с Евтушенко начиная, автор знал близко, тесно общался и многократно о них писал в разных жанрах на протяжении полувека, хотя шестидесятником себя не считает и принадлежит к следующему поколению сороковиков – вместе со своими друзьями Бродским, Довлатовым, Шемякиным.

Источник:

knignik.net

Владимир Соловьев Не только Евтушенко в городе Липецк

В этом интернет каталоге вы можете найти Владимир Соловьев Не только Евтушенко по доступной стоимости, сравнить цены, а также найти прочие книги в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Транспортировка выполняется в любой населённый пункт России, например: Липецк, Киров, Набережные Челны.