Книжный каталог

Иовлева Т., Зиолковская А., Рудычева И. 50 знаменитых любовниц

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Очкурова О., Щербак Г., Иовлева Т. 50 гениев которые изменили мир Очкурова О., Щербак Г., Иовлева Т. 50 гениев которые изменили мир 162 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Данилова А. Из жизни жен и любовниц Данилова А. Из жизни жен и любовниц 186 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Татьяна Иовлева 100 знаменитых художников XIX-XX вв. Татьяна Иовлева 100 знаменитых художников XIX-XX вв. 68.75 р. litres.ru В магазин >>
Иовлева Л., Боровский А., Чудецкая А. и др. Михаил Одноралов. Ретроспекция Иовлева Л., Боровский А., Чудецкая А. и др. Михаил Одноралов. Ретроспекция 750 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Татьяна Иовлева 50 знаменитых любовниц Татьяна Иовлева 50 знаменитых любовниц 68.75 р. litres.ru В магазин >>
Данилова А. Из жизни жен и любовниц Данилова А. Из жизни жен и любовниц 91 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Данилова А. Из жизни жен и любовниц Данилова А. Из жизни жен и любовниц 113 р. chitai-gorod.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

50 знаменитых любовниц - Татьяна Иовлева, Алина Зиолковская, Ирина Рудычева 50 знаменитых любовниц - Книги «»

Книга 50 знаменитых любовниц. Содержание - Татьяна Иовлева, Алина Зиолковская, Ирина Рудычева 50 знаменитых любовниц

Кол-во голосов: 0

«Они любили друг друга необыкновенной любовью, — вспоминала Симона Берто, — той, о которой пишут в романах, о которой говорят: такого не бывает, это слишком прекрасно, чтобы могло быть на самом деле. Он не замечал, что руки Эдит скрючены, что она выглядит столетней старухой. Он никогда не оставлял ее…»

Она сама оставила своего Тео 11 октября 1963 г., скончавшись у него на руках от отека легкого в их доме на Лазурном берегу. Хоронили Эдит Пиаф через три дня. Десятки тысяч парижан пришли на кладбище Пер-Лашез к большому гробу, в котором затерялось маленькое тело великой певицы. Проститься с давней любовью пришли и все «мальчики Пиаф», как называл их Шарль Азнавур. Но на сей раз они надели не голубые, а черные костюмы.

В тот вечер Тео хотел остаться в одиночестве. Он вернулся в перевернутую вверх дном квартиру, где пахло кладбищем от забытых цветов, и увидел лежащий на комоде деревянный лист с девизом Эдит: «Любовь все побеждает!»

Помпадур Маркиза де

Настоящее имя — Жанна Антуанетта Пуассон (род. в 1721 г. — ум. в 1764 г.)

Фаворитка французского короля Людовика XV, имя которой стало нарицательным в определении королевских любовниц.

Первая женщина в Версале с задатками премьер-министра.

Франция, законодательница европейского образа жизни середины XVIII столетия, выдвинула на первый план узаконенный в общественном мнении институт фаворитизма — королевских любовников и любовниц, долгое время оказывающих существенное влияние на формирование государственной политики в целом ряде наиболее влиятельных государств континента. Среди королевских фавориток одной из ярчайших звезд является знаменитая маркиза де Помпадур, игравшая огромную роль при дворе французского короля Людовика XV. Не любимая народом и презираемая в последующие столетия, она являет собой образец женщины, не обладавшей особой сексапильностью и темпераментом, но тем не менее оказавшейся способной привязать к себе мужчину, в данном случае короля, чьи потенциальные возможности требовали разнообразия сексуальных ощущений и намного превосходили ее собственные.

Мадам де Помпадур, урожденная Жанна Антуанетта Пуассон, родилась в буржуазной семье и, по мнению замкнутой касты придворной аристократии, была плебейкой. Ее отец, Франсуа Пуассон, служил поверенным в делах у финансистов братьев Пари, которые держали в руках всю экономику Франции. Мадам Пуассон, славившаяся своей красотой, имела многочисленных любовников, среди которых был и господин Ленорман де Турнем, бывший посол в Швеции, а потом директор французской Ост-Индской компании. В хитросплетениях взаимоотношений Пуассон — Пари — Турнем биографы не разобрались по сей день. Некоторые из них, ища истоки происхождения Жанны Антуанетты, приписывают отцовство девочки Турнему или одному из братьев Пари. Это, однако, остается недоказанным. В то же время известно, что Франсуа считал ее своей дочерью.

Семья Пуассонов была богата. Но в 1725 г. отец семейства был заподозрен в махинациях с зерном, которое поставляли населению братья Пари. В Париже начался голод, и Франсуа едва успел бежать за границу, избежав таким образом ареста, но бросил семью на произвол судьбы. Судя по всему, он был уверен в том, что очаровательная жена сумеет выпутаться из ситуации. Расчет оказался верен. Дом пришлось продать, но богатый господин де Турнем позаботился о соломенной вдове и ее детях. Восемь лет спустя он поспособствовал возвращению из изгнания Франсуа Пуассона, который полностью оправдался от обвинений и получил должность, связанную с поставками для армии. Примечательно, что с тех пор Пуассоны и де Турнем жили одной семьей.

Жанну Антуанетту, отличавшуюся мягким, покладистым характером и удивительным обаянием, любили все. А мать, оценив красоту дочери, прочила ей большое будущее. «Вот лакомый кусочек для короля!» — говаривала она. А однажды гадалка предсказала Жанне Антуанетте, что она будет иметь власть над сердцем короля. С тех пор все в доме стали называть ее Ренетт — маленькой королевой.

Все это не могло не оказать влияние на воображение ребенка. С ранних лет Ренетт мечтала о дворцовых покоях и стремилась стать достойной их. Семейный бюджет позволил ей получить прекрасное по тем временам образование. Она умела петь, танцевать, играть на клавикордах, овладела ораторским мастерством, получила представление о садоводстве и ботанике. Уже в это время у Ренетт проявилась страсть к коллекционированию (она собирала редких экзотических птиц) и художественные наклонности. К числу ее талантов относились каллиграфия, прекрасное владение карандашом и кистью.

Быстро пролетели годы детства. Ренетт достигла брачного возраста, и господин де Турнем предложил своему племяннику, Шарлю-Гийому Ленорману д’Этиоль жениться на ней. Он же был готов оплатить приданое невесты и пообещал оставить племяннику в наследство все свое немалое состояние. Мечты мечтами, но и Ренетт, и ее родители понимали, что другого такого случая может и не представиться. В марте 1741 г. состоялась свадьба. Господин д’Этиоль вскоре страстно влюбился в жену. В ответ на его уверения в любви Ренетт лукаво замечала, что никогда его не покинет, разве что ради короля.

К услугам мадам д’Этиоль было все — наряды, драгоценности, лучшие лошади и экипажи. Дом она отделала по своему вкусу, а муж специально для нее построил домашний театр с новейшим оборудованием. Но семейный круг был для нее явно тесен.

Чтобы не скучать и обратить на себя внимание, будущая фаворитка решила завести у себя салон. Женщина с таким умом, образованием и талантами вскоре привлекла к себе многих. В салоне мадам д’Этиоль стали бывать Монтескье, Фонтенель, Кребильон. С этого времени началась и ее дружба с Вольтером, который особо выделял ее среди знакомых женщин, а позже называл «искренняя и нежная Помпадур». О ней стало известно и при дворе, но доступ туда для людей ее положения был наглухо закрыт.

И все же прекрасная Ренетт нашла способ познакомиться с королем. Произошло это не с первого раза, но так или иначе она добилась своего. Супружеская пара имела небольшой замок в Сенарском лесу, в котором любил охотиться король. Несколько раз во время охоты навстречу Людовику попадалась красивая дама в изящной коляске. Заговорить друг с другом они не решились. Но король прислал господину д’Этиолю в подарок оленью тушу. Простодушный муж очень обрадовался и сохранил на память оленьи рога. Госпожа д’Этиоль увидела в этом очередное предзнаменование.

В феврале 1745 г. по поводу женитьбы дофина на испанской инфанте в Версале состоялся грандиозный бал, куда допустили и горожан. Всю ночь придворные дамы, рассчитывавшие занять вакантное место королевской фаворитки, гадали, под какой же маской скрывается Людовик. Он открыл лицо только под утро, заговорив с женщиной в наряде Дианы. Маска тут же открыла лицо. Это была мадам д’Этиоль. Разыграв смущение, она сделала вид, что хочет скрыться в толпе, но уронила платок, который король поднял. «Платок брошен», — зашептали придворные.

Опытные царедворцы сразу же поняли, что наблюдают начало нового романа короля. Однако вряд ли кто-нибудь из них мог себе представить, насколько длительным и прочным он будет.

Голубоглазая красавица-блондинка действовала расчетливо и осмотрительно. Положение королевской игрушки, которую привозят для коротких свиданий и увозят из дворца, как это было в самом начале любовной связи, ее не устраивало. И мадам д’Этиоль показала королю письмо мужа, в котором тот умолял ее вернуться. Людовик был недоволен, но, поразмыслив, предложил ей перебраться во дворец.

Манеры новой фаворитки мало подходили для дворцовых покоев. Здесь царила своеобразная атмосфера со своим кодексом нравственности, особым языком и обычаями. Например, каждую женщину во дворце надлежало приветствовать реверансами разной глубины, в зависимости от ее происхождения и положения ее мужа. Существовала особая манера садиться и вставать. Походка придворных дам напоминала скользящую пробежку скорыми мелкими шажками, как будто двигалась не живая женщина, а заводная кукла. Во время разговора следовало глотать окончания слов, а отдельные слова употреблять было просто не принято. Всему этому Жанне Антуанетте предстояло научиться. Однако королю нравились ее простонародные выражения, вроде «мой поросеночек» или «мой голубок», хотя придворные видели в этом верх вульгарности. Впрочем, мадам д’Этиоль времени не теряла. Придворным манерам ее обучали аббат де Берни, прозванный Вольтером «Бабеттой-цветочницей» за цветистую манеру выражений, и маркиз де Гонто, один из ближайших друзей короля.

Источник:

www.booklot.ru

Читать 50 знаменитых любовниц - Иовлева Татьяна Васильевна - Страница 1 - читать онлайн

50 знаменитых любовниц, стр. 1

Татьяна Иовлева, Алина Зиолковская, Ирина Рудычева

50 знаменитых любовниц

«Любовь, которая есть не что иное, как эпизод в жизни мужчины, есть целая история в жизни женщины», – утверждала одна из героинь этой книги, французская писательница Луиза Жермена де Сталь. Именно такими историями – романтичными или скандальными, счастливыми или трагическими – была полна жизнь женщин, о которых ведется наш рассказ. Они жили в разное время и в разных странах. В царских одеждах или нищенских лохмотьях, в экстравагантных и смелых нарядах или скромных платьях они сразу выделялись из толпы, как бы отмеченные знаком свыше. Этим знаком была Любовь, которая властвовала над ними и через них. Для одних она была смыслом жизни, для других – средством к достижению богатства и положения в обществе, третьи видели в ней источник творческого вдохновения, духовного совершенства и счастья.

Так или иначе, но каждая из этих женщин постигала науку любви по-своему, всякий раз как бы заново открывая для себя и своего возлюбленного сложный мир любовных чувств и ощущений, загораясь очередной страстью как в первый раз или сохраняя одну-единственную на всю жизнь. Ошибки и разочарования прежних увлечений исчезали для них при свете новой любви. Недаром знаменитая французская куртизанка XVII в. Нинон де Ланкло, весьма искушенная в любовных делах, мудро замечала, что «в любви, как во всем, опыт – врач, являющийся после болезни».

Большинство знаменитых любовниц покоряло сердца своих поклонников прежде всего красотой, женственностью, изысканностью манер и чувственностью. О каждой из них можно было бы по примеру известного французского литератора XVIII в. Николы-Себастьена де Шамфора сказать как о женщине, «возле которой забываешь то, что знал назубок, иными словами, все недостатки пола».

Но были среди них и такие, кто, не обладая особой внешней привлекательностью, сумели достичь вершин в искусстве любовного наслаждения благодаря уму, остроумию, сильному характеру, творческим талантам – словом, всему тому, что позволяет назвать женщину незаурядной. Именно в этом состоял основной секрет притягательности Клеопатры и Екатерины II, Луизы Жермены де Сталь и Жорж Санд, Уоллис Симпсон и Гала, Черубины де Габриак и Эдит Пиаф.

Рассказывая о судьбе знаменитых любовниц, авторы этой книги не столько стремились описать пикантные подробности их интимной жизни, сколько отобразить саму стихию любви, воплощением которой они являлись. Той самой – всепобеждающей и безграничной, которая, по мнению Марины Цветаевой, объединяет любящих людей, «может быть в одной постели, а может быть – за тысячу верст». Именно такая «любовь не как «связь», а как стихия» долгие годы жила в сердцах замечательной актрисы Патрик Стеллы Кэмпбелл и всемирно известного драматурга Бернарда Шоу. Из той же стихии были сотканы любовные отношения Любови Дельмас и Александра Блока, Лу Саломе и Райнера-Марии Рильке, Гала и Сальвадора Дали, вдохновившие возлюбленных на создание прекрасных произведений литературы и искусства.

Особое место в этой галерее творческих личностей занимает «любовная война» Аполлинарии Сусловой и Федора Достоевского. Она являет собой редкий пример тяжелого чувства любви-ненависти, столь характерного как для творчества, так и для личных отношений писателя.

Но как бы ни была порой мучительна или безнадежна страсть, охватывающая влюбленных, как ни терзали бы их муки сомнений или ревности, нельзя не согласиться с Шарлем Бодлером, который утверждал, что «женщина – это приглашение к счастью». Очерки о знаменитых любовницах, представленные в этой книге, лишний раз убеждают в правоте этих слов.

Алиенор (Элеонора) Аквитанская

(род. в 1122 г. – ум. в 1204 г.)

Королева Франции, а позже Англии. Славилась удивительной красотой и многочисленными любовными приключениями. История ее супружеских отношений с французским королем Людовиком VII и английским королем Генрихом II Плантагенетом считается причиной Столетней войны. Муза одного из самых известных французских трубадуров Бернарда де Вентадорна, воспевавшего fine amor – «утонченную любовь», любовь-служение Прекрасной Даме. Мать короля-трубадура Ричарда I Львиное Сердце.

Прекрасная Алиенор Аквитанская была и остается легендой, одним из символов классического средневековья. При жизни современники относились к ней по-разному. «В Антиохии все знали о распутстве этой женщины. Она вела себя не как королева, а как уличная девка», – писал монах Альберик. Но ее возлюбленный, знаменитый трубадур Бернард де Вентадорн пел:

Пожалуй, иного и быть не могло. По мнению современников, средневековый аскетизм боролся со своим антиподом – чувственностью, им гонимой, но проросшей изящным цветком куртуазной[1] любви, от которой было рукой подать до любви плотской. И наша Прекрасная Дама, с удовольствием принимая рыцарское поклонение, не заботясь о мнении окружающих и достоинстве своих венценосных мужей, спокойно доводила отношения до постели. Однако развратной ее вряд ли можно назвать. Она несомненно следовала велению сердца и темперамента.

А пылкий темперамент Алиенор было от кого наследовать. Ее дед, герцог Аквитанский, первый трубадур Прованса, Гийом VIII де Пуатье, так прославился любовными похождениями, что один из летописцев, подводя итог его жизни, писал: «Он долго путешествовал по свету с одной единственной целью – совращать женщин». Не отличался аскетизмом и ее отец, Гийом IX де Пуатье.

В родительском замке процветали куртуазные отношения. Любовь была возведена в ранг служения, но часто переходила за грань дозволенного церковной моралью. Весь двор пребывал в состоянии влюбленности. Немаловажную роль в этом играла и наследница герцога. Девочка в 10 лет осталась без матери, которая могла бы несколько поумерить пыл рано развившейся Алиенор. Уже в четырнадцать лет она своей красотой стала привлекать внимание рыцарей и трубадуров. В ее честь слагались стихи. А однажды и Алиенор сочинила песенку об одном из своих поклонников, в которой не обошлось без некоторой фривольности.

Летом 1137 г. девушку постигла тяжелая утрата – во время паломничества внезапно умер ее отец, и это круто изменило жизнь юной герцогини. Герцоги Аквитанские относились к числу самых богатых и могущественных феодалов Европы того времени. Им принадлежали земли графств Пуату, Овернь, Марш, Лимузен, Ангумуа, Перигор, Гасконь и Гиень. Боясь, что бароны начнут междоусобицы, герцог перед смертью направил послов к французскому королю Людовику VI Толстому и просил его взять под опеку Алиенор и ее младшую сестру Алике. Старшую дочь он предложил в жены восемнадцатилетнему дофину, которого тоже звали Людовиком.

Французские короли были много беднее герцогов Аквитанских. И потому владыка Франции пришел в восторг от предложения. Вскоре в Бордо произошла встреча жениха с невестой. Людовик без памяти влюбился в зеленоглазую красавицу-невесту. Алиенор жених тоже понравился.

Однако брачная ночь разочаровала ее. Принц оказался не на высоте положения. Вскоре молодоженов настигло известие о смерти короля. Людовик унаследовал трон, а Алиенор стала королевой. Придворные рыцари не остались равнодушными к ее красоте, а она, привыкшая поощрять знаки внимания, не отказывала себе в этом и при французском дворе.

Куртуазная любовь – форма взаимоотношений между рыцарем и женщиной благородного происхождения, возникшая на рубеже XI–XII вв. на юге Франции – в Аквитании, Тулузе, а со временем распространившаяся на север страны. Для нее характерен культ Прекрасной Дамы – идеальная любовь и вассальное подчинение возлюбленной.

Источник:

online-knigi.com

Алина Зиолковская 50 знаменитых любовниц скачать книгу fb2 txt бесплатно, читать текст онлайн, отзывы

50 знаменитых любовниц

Татьяна Иовлева, Алина Зиолковская, Ирина Рудычева

50 знаменитых любовниц

«Любовь, которая есть не что иное, как эпизод в жизни мужчины, есть целая история в жизни женщины», — утверждала одна из героинь этой книги, французская писательница Луиза Жермена де Сталь. Именно такими историями — романтичными или скандальными, счастливыми или трагическими — была полна жизнь женщин, о которых ведется наш рассказ. Они жили в разное время и в разных странах. В царских одеждах или нищенских лохмотьях, в экстравагантных и смелых нарядах или скромных платьях они сразу выделялись из толпы, как бы отмеченные знаком свыше. Этим знаком была Любовь, которая властвовала над ними и через них. Для одних она была смыслом жизни, для других — средством к достижению богатства и положения в обществе, третьи видели в ней источник творческого вдохновения, духовного совершенства и счастья.

Так или иначе, но каждая из этих женщин постигала науку любви по-своему, всякий раз …

Приветствуем тебя, неведомый ценитель литературы. Если ты читаешь этот текст, то книга "50 знаменитых любовниц" Зиолковская Алина Витальевна, Иовлева Татьяна Васильевна, Рудычева Ирина Анатольевна небезосновательно привлекла твое внимание. С невероятным волнением воспринимается написанное! – Каждый шаг, каждый нюанс подсказан, но при этом удивляет. Приятно окунуться в "золотое время", где обитают счастливые люди со своими мелочными и пустяковыми, но кажущимися им огромными неурядицами. Встречающиеся истории, аргументы и факты достаточно убедительны, а рассуждения вынуждают задуматься и увлекают. Данная история - это своеобразная загадка, поставленная читателю, и обычной логикой ее не разгадать, до самой последней страницы. Главный герой моментально вызывает одобрение и сочувствие, с легкостью начинаешь представлять себя не его месте и сопереживаешь вместе с ним. Многогранность и уникальность образов, создает внутренний мир, полный множества процессов и граней. Автор искусно наполняет текст деталями, используя в том числе описание быта, но благодаря отсутствию тяжеловесных описаний произведение читается на одном выдохе. Финал немножко затянут, но это вполне компенсируется абсолютно непредсказуемым окончанием. Юмор подан не в случайных мелочах и не всегда на поверхности, а вызван внутренним эфирным ощущением и подчинен всему строю. Яркие пейзажи, необъятные горизонты и насыщенные цвета - все это усиливает глубину восприятия и будоражит воображение. "50 знаменитых любовниц" Зиолковская Алина Витальевна, Иовлева Татьяна Васильевна, Рудычева Ирина Анатольевна читать бесплатно онлайн можно с восхищением, можно с негодованием, но невозможно с равнодушием.

Добавить отзыв о книге "50 знаменитых любовниц"

Источник:

readli.net

Ланкло Нинон де

Название книги 50 знаменитых любовниц Зиолковская Алина Витальевна Рудычева Ирина Анатольевна Иовлева Татьяна Ланкло Нинон де

Настоящее имя — Анна де Ланкло (род. в 1616 г. — ум. в 1706 г.)

Знаменитая французская куртизанка, которая никогда не продавала свою любовь, хотя и была прозвана современниками «царицей куртизанок». Она жила по законам чувств, привлекая к себе мужчин не только красотой и раскованным поведением, но и незаурядным умом и удивительной скромностью.

«Еще в детстве я часто задумывалась о несправедливости судьбы, предоставившей все права мужчинам и совершенно забывшей о нас, — с тех пор я стала мужчиной», — вспоминала одна из самых очаровательных женщин XVII в. Нинон де Ланкло. И с чего бы это в юной головке поселились столь серьезные мысли?

Анна родилась в Париже 15 мая 1616 г. в обеспеченной семье туреньского дворянина Генриха де Ланкло, а ее мать происходила из древнего орлеанского рода Ракони. Характеры этой супружеской четы были абсолютно несовместимы, но жили они без скандалов, словно в разных измерениях. Отец проводил время весело и беззаботно, как философ-эпикуреец, не тяготясь моралью и мнением общества. Его жена была женщиной строгих правил. Свою безукоризненную нравственность и религиозность она пыталась вложить в дочь и мечтала, что Нинон, как ласково называли девочку в детстве, посвятит себя служению Богу. Только второй монахини не хватало Генриху де Ланкло в доме, и он внушал дочери, что жизнь должна быть наполнена радостью и удовольствием.

Хорошенькой, как куколка, Нинон больше пришлась по душе легкомысленная философия отца. Музыка, пение, танцы, декламация стали ее любимыми «предметами» обучения. Учителя называли ее «восьмым чудом света». К получению других научных знаний Нинон относилась серьезно, как ко всем делам, но без особого воодушевления. Благодаря изумительной памяти ее прелестная головка была наполнена множеством сведений, но особое место было отведено элегическим, любовным и шуточным стихотворениям, а также «греховным цитатам» из популярных в то время книг, таких как «Искусство нравиться и любить», «История знаменитых своим легкомыслием или любовью женщин». Видя перед собой пример матери, иссушенной молитвами и постами, рано расцветшая красавица решительно последовала по стопам отца.

Генрих де Ланкло ввел дочь в «Дом Эпикура», где царили легкие нравы, чувство преклонения перед прекрасным. Нинон как-то сразу затмила всех ярких дам этого салона. Кавалеры наперебой предлагали ей руку и сердце, и тут впервые девушка проявила чисто мужской ум и характер: она не намерена была связывать себя брачными оковами и кому-либо подчиняться даже ради любви. «Женщина благоразумная не избирает себе мужа без согласия своего рассудка, как любовника без согласия своего сердца», — такими словами отстаивала Нинон покушение на ее свободу, на закабаление собственного «я». Отец мог гордиться своей дочерью. Она была оценена мужчинами и женщинами как «полное собрание человеческих совершенств».

В неполные 16 лет Нинон доказала, какой она волевой и трезвомыслящий человек. В один год ушли из жизни родители, оставив дочери приличное состояние. Она не стала искать помощи, защиты и опеки у других, не поддалась ни малейшей растерянности. Трезво взвесив свое положение, Нинон обратила наследство в «пожизненную ренту», что позволило ей ежегодно получать 10 тыс. ливров. Она вела дела разумно, и хотя ни в чем себе не отказывала, на протяжении всей жизни была не только хорошо обеспечена, но и имела возможность помогать друзьям в трудную минуту.

Нинон купила на улице Турнелль уютный домик, в который на «огонек» ее ума и красоты «слетались гости». Их называли «турнелльскими птицами», и они гордились этим прозвищем, как и знакомством с хозяйкой салона. Впрочем, девушку окружили не столько поклонники, сколько умные, интересные люди: Дебарро, Буаробер, супруги Скаррон, Дезивто, Саразэн, Шапель, Сент-Эвремон, Лабрюйер, Мольер. Они смотрели сквозь пальцы на любовные похождения красавицы, а с удовольствием общались с радушной и остроумной хозяйкой. По своему мировоззрению Нинон в наше время была бы причислена к проповедницам женской эмансипации. Но в XVII в. даже понятия такого еще не существовало. Поэтому откровенные речи о праве женщины на свободный выбор в любви и необязательность брака воспринимались гостями салона с откровенным восторгом. Конечно, Нинон не боролась за равноправие полов, как оголтелые феминистки, а их поведение вызвало бы у не умеющей притворяться девушки резкое неприятие, ибо она обожала мужчин. Но никогда Нинон не отдавалась по расчету, не была ни у кого на содержании, не приняла ни одного ценного подарка, кроме цветов. По сути, «царица куртизанок» ею не являлась. Она царствовала в умах и сердцах мужчин, привлекая и удивляя их своей раскованностью и одновременно пристойностью.

«Скромность везде и во всем, — любила повторять Нинон. — Без этого качества самая красивая женщина возбудит к себе презрение со стороны самого снисходительного мужчины». Но и лицемерия в чувствах и поступках она не терпела. Если Нинон любила, то не боялась признать это, а если чувства остывали — то была столь же откровенна.

Первой любовью Нинон стал робкий Гаспар Колиньи, герцог Шатильонский. Он три недели скромно ухаживал за ней, не посягая на ее прелести, позабыв при этом, что идут переговоры о его браке с сестрой герцога Люксембургского, Елизаветой-Анжеликой де Монморанси. Гаспар был настолько очарован, что согласился бы скорее умереть, чем отказаться от Нинон. Трезвомыслящая девушка понимала, что в знатности она не может соперничать с невестой из рода Монморанси, да и замуж не стремилась. Поэтому она отдалась по любви. Затем пожар в душе угас, «каприз тела» был удовлетворен и Нинон отпустила огорченного отставкой возлюбленного на свободу, ни о чем не сожалея.

«Женщины чаще отдаются по капризу, чем по любви», — глубокомысленно изрекала де Ланкло, отказывая очередному поклоннику или расставаясь с ним после бурного романа.

В 1636 г. о двадцатилетней красавице с восторгом говорил весь Париж. Через известную куртизанку Марион Делорм, которая чуть ли не стала ее ближайшей подругой, Нинон получила предложение от всесильного Ришелье. Кардинал решил за 50 тыс. франков купить любовь независимой прелестницы. Оскорбленная такой дерзостью, Нинон вернула деньги, заявив, «что она отдается, но не продается». Этот поступок вызвал бурю восхищения, подтвердив в очередной раз: Нинон живет для любви, но не за ее счет. Да и в большинстве случаев ее любовь была скорее «капризом тела», нежели серьезным чувством. Эту прихоть она удовлетворяла с удовольствием для обеих сторон, хотя и постоянно разочаровывала своих партнеров непостоянством.

В 24 года Нинон, следуя своим «капризам», увлеклась 19-летним графом Филибером де Граммоном. Юный повеса был настолько привлекательным и внешне невинным, что она старалась не замечать, что транжира и кутила живет за ее счет, пока не поймала на отвратительном примитивном воровстве. Порочный ангел украл из ее шкатулки сто пистолей в надежде, что красавица спит после бурно проведенной ночи, а утром с удивлением узнал о своей отставке. Потрясенный граф потребовал объяснений. И получил их. «Ответ в вашем кармане», — сказала Нинон, не принимая оправданий. Красота и сексуальная привлекательность партнера были для нее ничто по сравнению с нечестностью.

Слава неотразимой красавицы росла. Дамы высшего общества почитали за счастье быть принятыми в ее салоне. Матери приводили в пример ее изящные манеры дочерям на выданье и мечтали, чтобы Нинон ввела девушек в свой круг. К чести де Ланкло, дальше передней она их не пускала. Манеры манерами, а нравы и разговоры в ее салоне — не для монастырских воспитанниц.

Нинон умела расположить к себе людей, но завистников и врагов у нее тоже было в достатке. Некоторые сумели «натравить» на куртизанку поборницу нравственности, вдовствующую королеву Анну Австрийскую. Нинон высочайше было предложено добровольно отправиться в монастырь кающихся девушек. Она ответила посланцу ее величества, что уже давно не девственница, каяться ей не в чем, а если и пойдет в монастырь, то только в мужской, например к кордельерам. Решительно настроенная королева-мать уже была готова пресечь неповиновение, но тут Нинон на выручку пришел бывший любовник — герцог Энгиенский, принц Конде. Их роман продолжался всего три недели. Прямолинейный, грубоватый «бог войны» не вдохновил ее в постели, но Нинон умела расставаться со своими мужчинами так, что они навсегда оставались ее друзьями. Герцог поведал регентше о пренебрежительном отношении куртизанки к посягательству Ришелье на ее тело. Этого было достаточно, чтобы усмирить гнев царственной особы и вернуть ее милость к де Ланкло. Это событие только усилило влияние Нинон на умы парижан и показало, кто является настоящим другом.

Де Ланкло и сама умела дружить. Друзья ценили ее преданность. Большинство из них считали, что она намного лучше и душевнее, чем кажется на первый взгляд. Но в любви Нинон была ветреной и ее любовные клятвы силы не имели. Это испытал на себе маркиз Эрм де ла-Шатр де Савиньи, один из самых красивых вельмож при дворе Людовика XIV. Систематически изменяя жене, знаменитой писательнице того времени, он отчаянно ревновал свою любовницу, рисуя страшные картины предательства Нинон. От расстройства Эрм даже заболел. Чтобы доказать свою верность, красавица обрезала свои роскошные волосы и отослала ему. Выздоровление было стремительным, и любовное упоение длилось целую неделю. Затем Савиньи отбыл на поле брани в Германию. На прощание Нинон по его требованию подписала вексель-клятву в верности и две недели не выходила из дома. Посетившего ее графа де Мюссана она приняла довольно неучтиво. И тут разразилась августовская гроза. Раскатов грома и вспышек молний Нинон боялась панически. А в объятиях мужчины было совсем не страшно, и ночь пролетела незаметно. Наутро она рассказала новому любовнику историю с векселем. Вскоре по Парижу пошла гулять поговорка «Славный вексель у де ла-Шатра», которую употребляли в разговоре о доверчивых глупцах.

У маркиза оказалось достаточно чувства юмора, и он вернул вексель с припиской: «Оплачено после банкротства». История их любовной связи имела оригинальное продолжение спустя 24 года, когда на смену отцу подрос сын. Нинон не прилагала никаких усилий, чтобы пленить юношу. Маркиза де Савиньи в шутку называла любовницу мужа и сына «своей невесткой», хотя была младше ее на 10 лет.

Время было не властно над красотой и темпераментом де Ланкло. «Изящная, превосходно сложенная брюнетка, с цветом лица ослепительной белизны, с легким румянцем, с большими синими глазами, в которых одновременно сквозили благопристойность, рассудительность, безумие и сладострастие, ротиком с восхитительными зубами и очаровательной улыбкой. Нинон держалась с благородством, но без гордости, обладая поразительной грацией манер». Такой запомнилась де Ланкло своим современникам. Они же и рассказывали легенду, как однажды в ее доме появился странный старичок по имени Ноктамбуль и предложил куртизанке на выбор: высшее превосходство, несметные богатства или вечную красоту. Удивленная Нинон пожелала остаться неотразимой. Для этого ей не пришлось заложить свою душу, а лишь написать свое имя на деревянной дощечке. Старичок пообещал, что он навестит ее еще раз за три дня до смерти. Желание Нинон исполнилось. Она не утратила своей обворожительности до глубокой старости.

Де Ланкло редко вспоминала об этом приключении. Ей было некогда — она любила. В 32 года Нинон оказалась перед выбором. Два друга — граф д’Эстрэ и аббат д’Эффиа — были молоды и хороши собой. Чтобы не рассорить их и самой не грустить в одиночестве, она дарила себя одному днем, а другому — ночью. «Плодотворное сотрудничество» закончилось… рождением сына. «Я знаю, что мой сын принадлежит одному из вас, — заявила Нинон желающим признать свое отцовство друзьям, — но которому, и сама не знаю!» Судьбу ребенка решил жребий. Счастливый граф д’Эстрэ воспитал мальчика, он стал блестящим морским офицером и раз в год посещал салон Нинон, чтобы подарить ей очередную лютню и поболтать со знаменитой куртизанкой. Он и не предполагал, что это была его мать.

После родов де Ланкло стала еще привлекательней. Ее салон всегда был полон, и она блистала в нем красотой и умом. Посетители ловили каждое ее слово, но не дай бог было попасться ей на язычок. Даже Людовик XIV, безапелляционно заявлявший: «Государство — это я», вынужден был считаться с мнением Нинон. Король-солнце называл ее «совестью государства», прислушивался к ее мнению и очень сожалел, что куртизанка отказалась пополнить ряды его лицемерных придворных.

От наблюдательной Нинон не могли укрыться лживость и скудоумие высшего света. Ее остроумных замечаний и эпиграмм боялись не на шутку. Она произвела неизгладимое впечатление на Мольера, который неоднократно представлял ее в своих пьесах как врага лицемерия и ханжества. В доме у Нинон Мольер впервые прочитал своего «Тартюфа», а прекрасная Селимена в «Мизантропе» списана с хозяйки салона.

1653 г. стал для Ланкло годом любви и потерь. Она вновь ждала ребенка, но это ее вовсе не радовало. Зато в восторге был будущий отец — добропорядочный богатый вдовец, маркиз де Жерсей. Он увез Нинон в загородное имение, окружил заботой и вниманием, а сам вынужден был покинуть ее по делам службы. Пять месяцев одиночества были для нее сущей пыткой. Скучая, она бродила по парку и однажды познакомилась со скромным молодым человеком. Он представился Аристом, а Нинон впервые не решилась назвать свое настоящее имя. Она влюбилась. Это был не «каприз тела», а настоящее глубокое чувство, существование которого она всегда отрицала. Нинон была счастлива. Время летело незаметно: они читали, пели, играли на лютне и просто разговаривали. Арист считал Нинон супругой маркиза и молча страдал. Де Жерсей, застав их вместе, сразу понял, что теряет любовницу, и срочно увез ее в Париж. Нинон не сопротивлялась, но попыталась разыскать юношу. Через несколько дней он сам навестил ее в знаменитом на весь Париж доме. Арист был печален и пришел, чтобы попрощаться навсегда. Нинон не сумела ни объясниться, ни задержать его — от избытка чувств она лишилась сознания. Тем же вечером ей подали записку: «Сударыня, до сих пор я не знал вашего настоящего имени, узнав его, все мои надежды рухнули. Я мечтал о бесконечной любви, чтобы безраздельно владеть вами, но это невозможно для прекрасной Нинон. Прощайте, забудьте меня, если уже не забыли. Вы никогда не узнаете моего имени и никогда больше не увидите. Арист». Настоящая любовь обошла де Ланкло стороной, но ее мягкий свет еще долго согревал ей душу.

Рождение ребенка радости не принесло. Материнские чувства в Нинон не пробудились. Маркиз забрал сына к себе. Спустя годы де Ланкло вновь повстречала своего бывшего любовника и познакомилась с сыном, который носил имя Альберт де Вилье. Ничего не подозревающий о своем происхождении юноша безумно влюбился в свою мать, которой шел 51 год. К чувствам Альберта она относилась как к обычной забаве, но затем вынуждена была открыть ему правду. Это откровение так потрясло юношу, что он покончил с собой. Де Ланкло оплакала смерть сына, но своим привычкам не изменила. Третий ребенок Нинон родился мертвым, когда ей было 55 лет. Говорят, ребенок был настолько красив, что убитый горем отец, принадлежавший к королевской семье, приказал забальзамировать крошку. Нинон же утешилась быстро.

Именно честностью в любовных и человеческих отношениях, взаимопониманием и бескорыстностью де Ланкло привлекала к себе людей. За эти качества ей многое прощалось. В Нинон не было никакого жеманства, позерства и всяческого романтического бреда. Иногда выбор куртизанкой мужчин был достаточно оригинален, но никогда — скучен и банален. Так, Сент-Эвремон, известный как талантливый панегирист и непревзойденный парижский кутила, ненадолго привлек внимание обворожительной женщины. Он был некрасив, ужасно нечистоплотен, к тому же от него исходил стойкий запах псарни, так как он спал и ел с дюжиной своих собак. Нинон постоянно подтрунивала над грязнулей, пока они были вместе, но Сент-Эвремон не обижался — ведь Нинон говорила правду в глаза. Убедившись, что его не перевоспитать, она дала ему отставку. Даже за годы изгнания, проведенные в Англии, он не забыл ее и считал лучшим своим другом и умнейшей женщиной Франции.

Еще один из любовников Нинон, из числа придворных Конде, некто Гурвиль вынужден был бежать из Франции, попав в немилость к кардиналу Мазарини. Он решил разделить свои деньги и отдать на хранение известному своей святостью настоятелю монастыря и легкомысленной любовнице. И что же он обнаружил по возвращении: монах бесстыдно присвоил 20 тыс. экю, а Нинон просто указала на шкатулку. Бывший любовник взял деньги там, где и положил. Нинон и не подумала ими воспользоваться, хотя его место уже давно занял другой мужчина. Гурвиль восторженно рассказывал всему Парижу, как он потерял любовницу и приобрел друга. Нинон, которая не видела в своем поступке ничего «героического», с тех пор называли еще и «прекрасной хранительницей шкатулки».

Шли годы, а Нинон все так же привлекала внимание мужчин. Она увлекала в омут страсти изящных красивых юношей, таких, как граф Фиеско. Ей было 70 лет, когда юный граф Шерлеваль убил на дуэли своего кузена, молодого барона Сигизмунда Банье, узнав, что отказавшая ему Нинон одарила любовью его родственника. Свидание с вечно юной куртизанкой, продолжавшееся всего четыре часа, барон оплатил жизнью.

Аббат Жедуаэн, последний поклонник де Ланкло, был ее ровесником. Она целый месяц томила влюбленного и осчастливила его в день своего 80-летия. Но даже в столь почтенном возрасте, когда люди ищут себе пару, чтобы скрасить одинокую старость, Нинон осталось верной себе. Безумную ревность Жедуаэна она расценила как давление на свою независимость и через год рассталась с ним. Одиночество «царице куртизанок» не грозило: все любовники стали ее верными друзьями и не забывали свою подругу. Нинон по-прежнему была в центре внимания и обрастала новыми знакомыми. Ее маленький домик напоминал «гнездо для турнелльских птиц». Однажды в нем читал свои первые стихи 10-летний Мари Франсуа Аруэ. Наблюдательная Нинон безошибочно определила в нем незаурядный талант и личность. В своем завещании она оставила мальчику две тысячи франков для покупки книг. Он вырос и стал прославленным философом и писателем, известным всему миру под псевдонимом Вольтер, и навсегда сохранил в душе добрые воспоминания о женщине, которую называл не иначе, как «моя красивая тетя».

Нинон прожила 90 лет и скончалась 17 октября 1706 г. Ее последними словами были: «Если бы я знала, что все так кончится, я бы повесилась». Оригинальная фраза для женщины, прожившей жизнь в собственное удовольствие и по «своему сценарию».

Аббат Шатанеф, один из друзей Нинон де Ланкло, написал эпитафию и в десятке строк охарактеризовал и воздал должное этой незаурядной женщине.

Источник:

litresp.ru

Иовлева Т., Зиолковская А., Рудычева И. 50 знаменитых любовниц в городе Рязань

В данном интернет каталоге вы всегда сможете найти Иовлева Т., Зиолковская А., Рудычева И. 50 знаменитых любовниц по разумной цене, сравнить цены, а также посмотреть похожие предложения в категории Художественная литература. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Доставка товара выполняется в любой населённый пункт России, например: Рязань, Ижевск, Ульяновск.