Книжный каталог

Валентина Осеева Динка прощается с детством

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

«Динка прощается с детством» является продолжением известной автобиографической повести В.А. Осеевой «Динка». Динка повзрослела, но не изменился ее характер. Она по-прежнему непоседлива и любопытна, а зловещие и загадочные события, произошедшие на хуторе, куда Динка приехала на лето, не могут оставить ее равнодушной. Девочка клянется во всем разобраться.

Характеристики

  • Форматы

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Валентина Осеева Динка прощается с детством Валентина Осеева Динка прощается с детством 89.9 р. litres.ru В магазин >>
Осеева, Валентина Александровна Динка. Динка прощается с детством Осеева, Валентина Александровна Динка. Динка прощается с детством 561 р. bookvoed.ru В магазин >>
Осеева В. Все о Динке и ее друзьях. Динка. Динка прощается с детством Осеева В. Все о Динке и ее друзьях. Динка. Динка прощается с детством 548 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Валентина Осеева Динка. Динка прощается с детством (сборник) Валентина Осеева Динка. Динка прощается с детством (сборник) 249 р. litres.ru В магазин >>
Осеева В. Динка Динка прощается с детством Осеева В. Динка Динка прощается с детством 508 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Осеева В.А. Динка. Динка прощается с детством Осеева В.А. Динка. Динка прощается с детством 429 р. ozon.ru В магазин >>
Осеева В.А. Динка. Динка прощается с детством Осеева В.А. Динка. Динка прощается с детством 434 р. book24.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Книга Динка прощается с детством читать онлайн Валентина Осеева

Книга Динка прощается с детством читать онлайн

Валентина Осеева. Динка прощается с детством

Приходят и уходят поезда!.

– Мене люды визьмуть… тебе люды визьмуть… Моя не будешь. Эх, жаль! Жаль.

Исчезает вдали паровоз. Глохнет под стук колес песня. Долго смотрят вслед эшелону бабы с завязанными на затылках концами платков… Что делать? Война… Солдаты… Туда едут здоровые, многие ль вернутся хоть калеками… Не на гулянку едут хлопцы – на войну… Напал на родную землю германец, выставил проклятый кайзер Вильгельм закованную в железо армию, вот и поспешают они, молодые, наспех обученные новобранцы, чтобы сложить свои головы за веру, царя и отечество… Эх, жаль… Жаль…

Война… А к маленькой станции, лязгая колесами, расшатанные пассажирские вагончики подвозят дачников. Выгружаются на платформу чемоданы и картонки, звенят детские голоса, среди встречающих и провожающих молодые нарядные женщины, мамушки, нянюшки, старухи… Подлетают к станции экипажи, пролетки; сбруя на лошадях блестит под солнцем начищенными бляхами, на высоких облучках степенные кучера в бархатных безрукавках. Тянутся вдоль железнодорожных путей нарядные дачи с высокими шпилями на крышах. Из летних кухонь вьется аппетитный дымок, на клумбах цветут розы… Не пустуют дачи: душно сейчас в городе, на зеленый корм, на широкий воздух рвутся люди… Прошла весна, уже давно похозяйничал в лесу ветер, помог он столетним дубам развернуть длинные клейкие листочки. Давно раскудрявились беленькие, словно умытые зимним снежком березки, загустел орешник, вытянулись новые побеги тонкой рябинки, на желтых стволах сосен заблестели янтарные капельки смолы. А за лесом, за экономией пана Песковского, в глухой глуши словно пристыл к земле арсеньевский хутор – не шевельнет закрытыми окнами, не потянет уютным дымком, не хлопает наглухо закрытыми дверьми, не перекликается веселыми молодыми голосами…

Арсеньевы никогда не держали сторожа. Затерянная в глуши между двумя селами хатка зимовала одна… Она стояла вдалеке от дороги, и только птицы, разгуливающие по саду, оставляли свои мелкие росчерки на запорошенных снегом дорожках да столетние дубы сбрасывали на крышу рыхлые комья снега, прикопившегося на их ветках.

Зато уж ранней весной, когда из прелой черной земли выбивались первые зеленые ростки, а на склонах железнодорожной насыпи появлялись незатейливые желтые цветочки, хутор начинал оживляться наездами молодых хозяев.

Чаще всего это были Леня и Вася; они приезжали сюда на воскресный день готовиться к экзаменам. Иногда с ними увязывалась Динка.

– Ну зачем она нам? – сердился Вася. – Земля еще сырая, наберет она полные галоши воды, да еще и простудится!

– Динка не простудится, – убежденно говорил Леня. – Пусть побегает на воздухе!

– Но ведь мы же едем заниматься. Вечно ты что-то осложняешь, Леонид, – ворчал Вася.

Динка делала постное лицо и, прикрывая ладонью румяную щеку, начинала жалобно причитать:

– Воздуха вам для меня жалко, да? Всю зиму я не дышу, посинела уже вся, а вам жалко?

Леня прыскал от смеха, Вася смягчался:

– Ну поезжай. Только смотри не лезь куда попало и не мешай нам заниматься!

На хуторе, обегав все дорожки, Динка успевала навестить Федорку, наломать мохнатой вербы, провалиться в пруд и, волоча за собой пальто, мокрая и грязная, просовывала свой нос в дверь, вызывая Леню:

– Лень, Лень… Не бойся, Вася, я сейчас уйду… Я только на минутку!

Схватив Леню за рукав, она тащила его за собой:

– Пойдем скорей! Понюхай, как пахнет земля. Смотри, уже листочки ландыша, а это будут фиалки… Вот приложись ухом к земле… Послушай, что там только делается…

Леня ложился на землю, нюхал, слушал и, глядя в сияющие глаза Динки, со всем соглашался.

Источник:

knijky.ru

Осеева Валентина Александровна - Динка - 2

Валентина Осеева Динка прощается с детством

Повесть "Динка прощается с детством" является продолжением моей первой

книги - "Динка". Думаю, что многие из вас знакомы с этой книгой, но на

всякий случай коротко напомню вам основные события.

Действие повести "Динка" происходит в период после революции 1905 года.

Отец Динки - революционер-подпольщик Арсеньев вынужден скрываться. Семья

его живет на даче, на Волге. Здесь Динка знакомится с сиротой Ленькой, с

которым на протяжении всей повести ее связывает большая дружба. С

переездом семьи Арсеньевых в Киев у Динки появляется еще один друг и

верный товарищ - Андрей Коринский, реалистик, мальчик, живущий в том же

дворе, где живет Динка.

Весной по совету и с помощью партийных товарищей дядя Лека покупает для

Арсеньевых уединенный, затерянный в глуши под Киевом хуторок, куда каждое

лето после экзаменов переезжает вся семья. Хуторок служит и другим целям:

там хранится нелегальная литература.

На хуторе у Динки завязывается дружба с дочкой сторожа из экономии пана

Песковского голубоглазой Федоркой и с ее приятелем Дмитро.

В последней главе "Ничейный дед" на хутор неожиданно приезжает повидаться

со своей семьей Александр Арсеньев.

В первой книге Динка еще девочка десяти лет.

Вторая книга переносит вас уже во времена первой империалистической войны,

и вы встречаетесь с Динкой, когда ей уже пятнадцать лет.

Узнаете ли вы свою прежнюю подружку, которая в этой книге прощается со

ПРИХОДЯТ И УХОДЯТ ПОЕЗДА.

Сизый дымок вьется над дачной станцией. Приходят и уходят поезда. Одни

идут на Киев, другие из Киева. Тянутся длинные воинские эшелоны. В

запыленные окна вагонов видны забинтованные головы, бескровные лица, туго

стянутые монашеские косынки сестер и свешивающиеся с верхних полок

солдатские одеяла. На площадках и на ступеньках вагонов сидят молодые

солдаты с забинтованными обрубками рук и ног; прыгая на костылях и теряя

стоптанную туфлю, жадно выглядывает из дверей раненый и, поймав

сочувственные взгляды женщин, ухарски машет рукой. Паровоз с коротким

свистком дергает вагоны, и эшелон медленно проплывает мимо, туда, на

Киев. А навстречу ему уже торопится другой длинный состав товарных

вагонов. В распахнутых настежь дверях теплушек стриженые головы, безусые

молодые лица, рассыпанные по щекам веснушки цвета спелой ржи, молодые

васильковые, карие и черешневые, притуманившиеся глаза. Сыплются из

солдатских карманов запасенные дома подсолнушки, ухает под тугими пальцами

гармонь, и дружно из вагона в вагон подхватывается песня.

- Мене люды визьмуть. тебе люды визьмуть. Моя не будешь. Эх, жаль!

Исчезает вдали паровоз. Глохнет под стук колес песня. Долго смотрят вслед

эшелону бабы с завязанными на затылках концами платков. Что делать?

Война. Солдаты. Туда едут здоровые, многие ль вернутся хоть

калеками. Не на гулянку едут хлопцы - на войну. Напал на родную землю

германец, выставил проклятый кайзер Вильгельм закованную в железо армию,

вот и поспешают они, молодые, наспех обученные новобранцы, чтобы сложить

свои головы за веру, царя и отечество. Эх, жаль. Жаль.

Война. А к маленькой станции, лязгая колесами, расшатанные пассажирские

вагончики подвозят дачников. Выгружаются на платформу чемоданы и картонки,

звенят детские голоса, среди встречающих и провожающих молодые нарядные

женщины, мамушки, нянюшки, старухи. Подлетают к станции экипажи,

пролетки; сбруя на лошадях блестит под солнцем начищенными бляхами, на

высоких облучках степенные кучера в бархатных безрукавках. Тянутся вдоль

железнодорожных путей нарядные дачи с высокими шпилями на крышах. Из

летних кухонь вьется аппетитный дымок, на клумбах цветут розы. Не

пустуют дачи; душно сейчас в городе, на зеленый корм, на широкий воздух

рвутся люди. Прошла весна, уже давно похозяйничал в лесу ветер, помог он

столетним дубам развернуть длинные клейкие листочки. Давно раскудрявились

беленькие, словно умытые зимним снежком березки, загустел орешник,

вытянулись новые побеги тонкой рябинки, на желтых стволах сосен заблестели

янтарные капельки смолы. А за лесом, за экономией пана Песковского, в

глухой глуши словно пристыл к земле арсеньевский хутор - не шевельнет

закрытыми окнами, не потянет уютным дымком, не хлопает наглухо закрытыми

дверьми, не перекликается веселыми молодыми голосами.

Все эти годы, как только у девочек кончались экзамены, Арсеньевы

переезжали на свой хутор. С первым весенним солнышком Динка начинала

считать дни, оставшиеся до переезда. И каждый раз, обегая знакомые,

дорогие ей местечки, удивлялась, как вырос и разросся сад, какая вкусная

вода в холодном, обжигающем губы роднике, как ласково шумит ореховая

аллея. Динка уверяла, что даже лягушки на пруду сразу узнают ее и,

раздуваясь от крика, всплывают наверх. Но не только для Динки, для всех

Арсеньевых переезд на хутор был всегда радостным событием, к которому

исподволь готовились всю зиму, мечтая о летнем отдыхе. И каждый раз

осенью, переезжая в город на долгие зимние месяцы, они грустно

расставались с полюбившимся им хуторком. Динка, вспоминая о нем в

холодный, снежный вечер, жаловалась, что все еще слышит стук молотка,

которым Леня забивал окна и двери.

Арсеньевы никогда не держали сторожа. Затерянная в глуши между двумя

селами хатка зимовала одна. Она стояла вдалеке от дороги, и только

птицы, разгуливающие по саду, оставляли свои мелкие росчерки на

запорошенных снегом дорожках да столетние дубы сбрасывали на крышу рыхлые

комья снега, прикопившегося на их ветках.

Зато уж ранней весной, когда из прелой черной земли выбивались первые

зеленые ростки, а на склонах железнодорожной насыпи появлялись

незатейливые желтые цветочки, хутор начинал оживляться наездами молодых

Чаще всего это были Леня и Вася; они приезжали сюда на воскресный день

готовиться к экзаменам. Иногда с ними увязывалась Динка.

- Ну зачем она нам? - сердился Вася. - Земля еще сырая, наберет она полные

галоши воды, да еще и простудится!

- Динка не простудится, - убежденно говорил Леня. - Пусть побегает на

- Но ведь мы же едем заниматься. Вечно ты что-то осложняешь, Леонид, -

Динка делала постное лицо и, прикрывая ладонью румяную щеку, начинала

- Воздуха вам для меня жалко, да? Всю зиму я не дышу, посинела уже вся, а

Леня прыскал от смеха, Вася смягчался:

- Ну поезжай. Только смотри не лезь куда попало и не мешай нам заниматься!

На хуторе, обегав все дорожки, Динка успевала навестить Федорку, наломать

мохнатой вербы, провалиться в пруд и, волоча за собой пальто, мокрая и

грязная, просовывала свой нос в дверь, вызывая Леню:

- Лень, Лень. Не бойся, Вася, я сейчас уйду. Я только на минутку!

Схватив Леню за рукав, она тащила его за собой:

- Пойдем скорей! Понюхай, как пахнет земля. Смотри, уже листочки ландыша,

а это будут фиалки. Вот приложишь ухом к земле. Послушай, что там

Леня ложился на землю, нюхал, слушал и, глядя в сияющие глаза Динки, со

А Вася, стоя на крыльце, качал головой.

- Ну, вы, двое сумасшедших, где теперь сушиться будете?

Сушиться и ночевать Динку отправляли на печку в Ефимову хату. Ефим и

Марьяна Бессмертные за все эти годы близкого соседства крепко подружились

- Лучше родни они нам, - говорил Ефим.

Зимой он часто ездил в город, привозил деревенские новости и подолгу сидел

за столом с Мариной, опрокинув на блюдце чашку и советуясь с ней обо всех

делах. Перевозил на хутор тоже Ефим. Являлся он задолго до рассвета и,

помахивая кнутом, торжественно говорил:

- Ну так что, поихалы?

На хуторе были уже очищены дорожки, подрезаны кусты малины.

Марьяна, туго обвязав платком голову, загодя мазала стены, на полу стояли

белые лужицы, гремели ведра, настежь распахивались окна, со скрипом

открывались отсыревшие за зиму двери; на дымящей кухонной плите булькала

картошка. К приезду хозяев Марьяна выпекала свежий хлеб и встречала их на

крыльце светленькой обновленной хатки с хлебом-солью на вышитом рушнике.

Весь первый день девочки вместе с Леней и Васей занимались разборкой

вещей, вешали занавески, наводили привычный уют.

Вечером все собирались на террасе за большим столом, с аппетитом ели

горячую, пропахшую дымом картошку, запивая ее молоком, и, опьянев от

весеннего воздуха, едва добирались до своих постелей.

Хутор был в трех верстах от дачной станции, Марине приходилось каждый день

ездить в город на службу. Возила ее все та же одноглазая лошадь Прима,

купленная в первое лето жизни на хуторе.

Бедная Прима в счастливую пору своей жизни была одной из лучших верховых

лошадей. Она ходила под седлом грациозной поступью иноходца, и начищенная

шерсть ее блестела как зеркало, но с тех пор как однажды колючая ветка ели

хлестнула ее по глазам и один глаз почти совсем затянулся бельмом, Прима

была выведена из конюшни и отправлена на черный двор.

К Арсеньевым она попала за небольшую плату, как уже мало на что пригодная

лошадь. Но на хуторе Прима ожила. Она стала необходимым членом семьи.

Динка не хуже заправского конюха ухаживала за ней: чистила ее, купала,

баловала, кормила овсом, и благодарная Прима, забывая про свой слепой

глаз, скова почувствовала себя верховой лошадью.

Появился на хуторе и белый Динкин Нерон. Он был в большой дружбе с

ефимовским Волчком. Обе собаки были мохнатые, пушистые и совершенно

Источник:

www.many-books.org

Читать онлайн книгу «Динка прощается с детством» бесплатно и без регистрации

Валентина Осеева Динка прощается с детством

скачано: 126 раз.

скачано: 53 раза.

скачано: 34 раза.

1 час 0 мин назад

1 час 50 мин назад

5 час 36 мин назад

3 дня 10 час 48 мин назад

4 дня 12 час 7 мин назад

7 дней 2 час 15 мин назад

7 дней 3 час 11 мин назад

9 дней 1 час 37 мин назад

10 дней 0 час 22 мин назад

10 дней 6 час 28 мин назад

Книга оставила двоякое впечатление. Если гоаорить о линии сюжета, то поначалу повествование идёт плавно, а потом, начинаю с средины, начинаются скачки в контексте и ты начинань терять смысл той или иной фразы. У Гг-и есть свой внутренний стержень, свое, не смотря на пуританское воспитание, представление того, что она хочет от жизни. Но это поначалу. Потом начинаются её истерики, которые никак не ассоциируются со "зрелой" личностью в начале книги. Это разочаровал. Понравилось вникание автора в жизнь наркомана/ов. Не было розовых соплей: он вылечиться, я спасу его своей любовью (хотя вру, именно в этом моменте Гг-я стала "тупить" . Довольно жёсткие условия жизни героев, хорошие описание, которое помогает вникнуть и прочувствовать эмоции, которые хочет донести до нас автор. В общем, твердая 4

Книга понравилась. Читалась легко,много юмора,хорошая любовная линия,герои умные и адекватные и присутствует эпилог,что всегда мне нравится в книгах.

А по мне не очень.

Кошмар. Не знаю, в какой программе это писалось, что не проверяет правописание. Ошибок ОЧЕНЬ много, многие из них элементарные. Отвратительно.

Источник:

www.litlib.net

Читать Динка прощается с детством - Осеева Валентина Александровна - Страница 1 - ЛитЛайф - литературная социальная сеть

Валентина Осеева Динка прощается с детством

Динка прощается с детством

Дорогие мои читатели!

Повесть «Динка прощается с детством» является продолжением моей первой книги — «Динка». Думаю, что многие из вас знакомы с этой книгой, но на всякий случай коротко напомню вам основные события.

Действие повести «Динка» происходит в период после революции 1905 года. Отец Динки — революционер-подпольщик Арсеньев вынужден скрываться. Семья его живет на даче, на Волге. Здесь Динка знакомится с сиротой Ленькой, с которым на протяжении всей повести ее связывает большая дружба. С переездом семьи Арсеньевых в Киев у Динки появляется еще один друг и верный товарищ — Андрей Коринский, реалистик, мальчик, живущий в том же дворе, где живет Динка.

Весной по совету и с помощью партийных товарищей дядя Лека покупает для Арсеньевых уединенный, затерянный в глуши под Киевом хуторок, куда каждое лето после экзаменов переезжает вся семья. Хуторок служит и другим целям: там хранится нелегальная литература.

На хуторе у Динки завязывается дружба с дочкой сторожа из экономии пана Песковского голубоглазой Федоркой и с ее приятелем Дмитро.

В последней главе «Ничейный дед» на хутор неожиданно приезжает повидаться со своей семьей Александр Арсеньев.

В первой книге Динка еще девочка десяти лет.

Вторая книга переносит вас уже во времена первой империалистической войны, и вы встречаетесь с Динкой, когда ей уже пятнадцать лет.

Узнаете ли вы свою прежнюю подружку, которая в этой книге прощается со своим детством?

ПРИХОДЯТ И УХОДЯТ ПОЕЗДА!

Сизый дымок вьется над дачной станцией. Приходят и уходят поезда. Одни идут на Киев, другие из Киева… Тянутся длинные воинские эшелоны. В запыленные окна вагонов видны забинтованные головы, бескровные лица, туго стянутые монашеские косынки сестер и свешивающиеся с верхних полок солдатские одеяла. На площадках и на ступеньках вагонов сидят молодые солдаты с забинтованными обрубками рук и ног; прыгая на костылях и теряя стоптанную туфлю, жадно выглядывает из дверей раненый и, поймав сочувственные взгляды женщин, ухарски машет рукой. Паровоз с коротким свистком дергает вагоны, и эшелон медленно проплывает мимо, туда, на Киев… А навстречу ему уже торопится другой длинный состав товарных вагонов. В распахнутых настежь дверях теплушек стриженые головы, безусые молодые лица, рассыпанные по щекам веснушки цвета спелой ржи, молодые васильковые, карие и черешневые, притуманившиеся глаза. Сыплются из солдатских карманов запасенные дома подсолнушки, ухает под тугими пальцами гармонь, и дружно из вагона в вагон подхватывается песня.

— Мене люды визьмуть… тебе люды визьмуть… Моя не будешь. Эх, жаль! Жаль.

Исчезает вдали паровоз. Глохнет под стук колес песня. Долго смотрят вслед эшелону бабы с завязанными на затылках концами платков… Что делать? Война… Солдаты… Туда едут здоровые, многие ль вернутся хоть калеками… Не на гулянку едут хлопцы — на войну… Напал на родную землю германец, выставил проклятый кайзер Вильгельм закованную в железо армию, вот и поспешают они, молодые, наспех обученные новобранцы, чтобы сложить свои головы за веру, царя и отечество… Эх, жаль… Жаль…

Война… А к маленькой станции, лязгая колесами, расшатанные пассажирские вагончики подвозят дачников. Выгружаются на платформу чемоданы и картонки, звенят детские голоса, среди встречающих и провожающих молодые нарядные женщины, мамушки, нянюшки, старухи… Подлетают к станции экипажи, пролетки; сбруя на лошадях блестит под солнцем начищенными бляхами, на высоких облучках степенные кучера в бархатных безрукавках. Тянутся вдоль железнодорожных путей нарядные дачи с высокими шпилями на крышах. Из летних кухонь вьется аппетитный дымок, на клумбах цветут розы… Не пустуют дачи; душно сейчас в городе, на зеленый корм, на широкий воздух рвутся люди… Прошла весна, уже давно похозяйничал в лесу ветер, помог он столетним дубам развернуть длинные клейкие листочки. Давно раскудрявились беленькие, словно умытые зимним снежком березки, загустел орешник, вытянулись новые побеги тонкой рябинки, на желтых стволах сосен заблестели янтарные капельки смолы. А за лесом, за экономией пана Песковского, в глухой глуши словно пристыл к земле арсеньевский хутор не шевельнет закрытыми окнами, не потянет уютным дымком, не хлопает наглухо закрытыми дверьми, не перекликается веселыми молодыми голосами…

Все эти годы, как только у девочек кончались экзамены, Арсеньевы переезжали на свой хутор. С первым весенним солнышком Динка начинала считать дни, оставшиеся до переезда. И каждый раз, обегая знакомые, дорогие ей местечки, удивлялась, как вырос и разросся сад, какая вкусная вода в холодном, обжигающем губы роднике, как ласково шумит ореховая аллея. Динка уверяла, что даже лягушки на пруду сразу узнают ее и, раздуваясь от крика, всплывают наверх… Но не только для Динки, для всех Арсеньевых переезд на хутор был всегда радостным событием, к которому исподволь готовились всю зиму, мечтая о летнем отдыхе. И каждый раз осенью, переезжая в город на долгие зимние месяцы, они грустно расставались с полюбившимся им хуторком. Динка, вспоминая о нем в холодный, снежный вечер, жаловалась, что все еще слышит стук молотка, которым Леня забивал окна и двери…

Арсеньевы никогда не держали сторожа. Затерянная в глуши между двумя селами хатка зимовала одна… Она стояла вдалеке от дороги, и только птицы, разгуливающие по саду, оставляли свои мелкие росчерки на запорошенных снегом дорожках да столетние дубы сбрасывали на крышу рыхлые комья снега, прикопившегося на их ветках.

Зато уж ранней весной, когда из прелой черной земли выбивались первые зеленые ростки, а на склонах железнодорожной насыпи появлялись незатейливые желтые цветочки, хутор начинал оживляться наездами молодых хозяев.

Чаще всего это были Леня и Вася; они приезжали сюда на воскресный день готовиться к экзаменам. Иногда с ними увязывалась Динка.

— Ну зачем она нам? — сердился Вася. — Земля еще сырая, наберет она полные галоши воды, да еще и простудится!

— Динка не простудится, — убежденно говорил Леня. — Пусть побегает на воздухе!

— Но ведь мы же едем заниматься. Вечно ты что-то осложняешь, Леонид, ворчал Вася.

Динка делала постное лицо и, прикрывая ладонью румяную щеку, начинала жалобно причитать:

— Воздуха вам для меня жалко, да? Всю зиму я не дышу, посинела уже вся, а вам жалко?

Леня прыскал от смеха, Вася смягчался:

— Ну поезжай. Только смотри не лезь куда попало и не мешай нам заниматься!

На хуторе, обегав все дорожки, Динка успевала навестить Федорку, наломать мохнатой вербы, провалиться в пруд и, волоча за собой пальто, мокрая и грязная, просовывала свой нос в дверь, вызывая Леню:

— Лень, Лень… Не бойся, Вася, я сейчас уйду… Я только на минутку!

Схватив Леню за рукав, она тащила его за собой:

— Пойдем скорей! Понюхай, как пахнет земля. Смотри, уже листочки ландыша, а это будут фиалки… Вот приложишь ухом к земле… Послушай, что там только делается…

Леня ложился на землю, нюхал, слушал и, глядя в сияющие глаза Динки, со всем соглашался.

А Вася, стоя на крыльце, качал головой.

— Ну, вы, двое сумасшедших, где теперь сушиться будете?

Сушиться и ночевать Динку отправляли на печку в Ефимову хату. Ефим и Марьяна Бессмертные за все эти годы близкого соседства крепко подружились с Арсеньевыми.

— Лучше родни они нам, — говорил Ефим.

Зимой он часто ездил в город, привозил деревенские новости и подолгу сидел за столом с Мариной, опрокинув на блюдце чашку и советуясь с ней обо всех делах. Перевозил на хутор тоже Ефим. Являлся он задолго до рассвета и, помахивая кнутом, торжественно говорил:

Источник:

litlife.club

Книга Динка прощается с детством

Книга Динка прощается с детством

Относительно остальных произведений: 4.36/5

Если не работает, попробуйте выключить AdBlock

Вы должны быть зарегистрированы для использования закладок

Информация о книге

Пятнадцатилетняя Динка все так же непосредственна и порывиста. По-детски обостренное чувство справедливости толкает девочку на непримиримую борьбу с угнетением слабых во всех формах. Будь-то неравный брак подруги, лукавство приказчика или жадность кулаков. Не смогла Динка пройти и мимо банды обездоленных беспризорных детей. Ей до всего есть дело.

Время берет свое. И вот уже первые романтические чувства тревожат Динку, заставляя ее честную душу сделать нелегкий выбор между двумя дорогими ее сердечку людьми.

(с) MrsGonzo для LibreBook

Иллюстрации

Комментарии Ответить Читать обсуждение дальше.

Даже став взрослой, иногда перечитываю ее.

Даже став взрослой, иногда перечитываю ее.

хорошая книга. мне тоже нравится.

вот только такие как мы, наверное, "книжные" девочки ее и читали.

теперь у подростков в моде совсем другое. к сожалению.

Источник:

librebook.me

Валентина Осеева Динка прощается с детством в городе Волгоград

В данном каталоге вы всегда сможете найти Валентина Осеева Динка прощается с детством по разумной стоимости, сравнить цены, а также найти иные книги в категории Художественная литература. Ознакомиться с характеристиками, ценами и рецензиями товара. Доставка осуществляется в любой населённый пункт России, например: Волгоград, Москва, Ростов-на-Дону.