Книжный каталог

Бегство от свободы

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

Эрих Фромм - выдающий мыслитель ХХ века, один из основателей неофрейдизма. Работы Фромма пользуются широчайшей популярностью во всем мире - еще при жизни основные его труды, посвященные этическим и социально-психологическим вопросам природы человека, выдержали десятки переизданий миллионными тиражами. Одна из основополагающих работ Эриха Фромма - "Бегство от свободы" - посвящена психологическим аспектам власти, зависимости и обретения личностей независимости. "Может ли свобода стать бременем, непосильным для человека, чем-то таким, от чего он старается избавиться? Почему для одних свобода - заветная цель, а для других - угроза?". "Не существует ли - кроме врожденного стремления к свободе - и инстинктивной тяги к подчинению?.. Не является ли подчинение источником некоего скрытого удовлетворения; а если так, то в чем состоит его сущность?"

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Фромм Э. Бегство от свободы Фромм Э. Бегство от свободы 178 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Фромм Э. Бегство от свободы Фромм Э. Бегство от свободы 301 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Борис Поломошнов Фромм: «Бегство от свободы» Борис Поломошнов Фромм: «Бегство от свободы» 29.95 р. litres.ru В магазин >>
Эрих Фромм Бегство от свободы Эрих Фромм Бегство от свободы 148 р. book24.ru В магазин >>
Эрих Фромм Бегство от свободы Эрих Фромм Бегство от свободы 139 р. litres.ru В магазин >>
Эрих Фромм Бегство от свободы Эрих Фромм Бегство от свободы 169 р. litres.ru В магазин >>
Бегство от свободы (новый перевод) (Фромм Э.) Бегство от свободы (новый перевод) (Фромм Э.) 159 р. auchan.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Книга Бегство от свободы - Фромм Эрих Зелигманн скачать бесплатно, читать онлайн

Бегство от свободы О книге "Бегство от свободы"

Одна из основополагающих работ Эриха Фромма «Бегство от свободы» посвящена психологическим аспектам власти, зависимости и обретения личностей независимости.

«Может ли свобода стать бременем, непосильным для человека, чем-то таким, от чего он старается избавиться? Почему для одних свобода – заветная цель, а для других – угроза».

«Не существует ли – кроме врожденного стремления к свободе – и инстинктивной тяги к подчинению. Не является ли подчинение источником некоего скрытого удовлетворения; а если так, то в чем состоит его сущность?»

На нашем сайте вы можете скачать книгу "Бегство от свободы" Фромм Эрих Зелигманн бесплатно и без регистрации в формате fb2, rtf, epub, pdf, txt, читать книгу онлайн или купить книгу в интернет-магазине.

Скачать книгу Мнение читателей

Причина, по которой эта книга прямо-таки обязательна к прочтению, раскрывается еще на первых страницах:Если мы хотим бороться с фашизмом, то мы должны его понимать

Значит ли это, что состоялся долгожданный прыжок из царства необходимости в царство свободы

Основная идея книги в том, что человек, вроде бы освобожденный от оков общества, не приобрёл свободы в смысле реализации себя

»Книга Эриха Фромма называется «Бегство от свободы»

Обычно читаешь книгу какого-нибудь современника Фрейда - и думаешь, так, это уже развенчали последователи, это уже не актуально, вот этому нашли опровержение, доказательство и так далее

Для него изучении свободы важно скорее с точки зрения психоанализа

А книга "Бегство от свободы" стала первой книгой из числа прочитанных у него

Фромм обнаружил, что освобождённый от диктата общественных моделей человек часто несостоятелен, он не знает чего хочет, чувствует неуверенность, потерянность, "бежит от свободы"

Взял в руки книгу о том, как человек использует разнообразные механизмы бегства от свободы, почувствовав ничтожность и бренность бытия, дал ей положительную оценку

За минувшие 20 лет когда была написана 1-я книга, выросли гигантские силы, угрожающие выживанию человеческого ряда, и отсюда ценность и стремление к бегству от свободы

Автор выделяет три основных механизма "бегства от свободы": авторитаризм

И оказывался перед выбором - свобода без каких-либо гарантий выживания или обмен свободы личной на личную же защищенность

Отзывы читателей Подборки книг

Новогодние и рождественские книги

Сложное искусство гейши

Похожие книги

Уайнхолд Берри К., Уайнхолд Дженей Б.

Козлов Николай Иванович

Нилл Александр Сазерленд

Другие книги автора

Фромм Эрих Зелигманн

Фромм Эрих Зелигманн

Альбер Камю, Фрейд Зигмунд, Ницше Фридрих Вильгельм, Сартр Жан-Поль Шарль Эмар, Фромм Эрих Зелигманн, фон Дэникен Эрих

Источник:

avidreaders.ru

Бегство от свободы - скачать

Скачать: Бегство от свободы , Эрих Фромм Читать книгу онлайн

Бегство от свободы

Предисловие к 1-му изданию Предисловие к 25-му изданию Глава 1. Свобода - психологическая проблема? Глава 2. Обособление индивида и двойственность свободы Глава 3. Свобода в эпоху реформации Глава 4. Два аспекта свободы для современного человека Глава 5. Механизмы "бегства" Глава 6. Психология нацизма Глава 7. Свобода и демократия Приложение. Человеческий характер и социальный процесс

Если я не стою за себя, то кто встанет за меня?

Если я только за себя, то кто я? Если не сейчас, то когда?

Изречение из Талмуда, Мишна, Абот.

Ни небесные, ни земным, ни смертным, ни бессмертным не сотворил я тебя, так что можешь быть свободен по собственной воле и совести - и сам себе будешь творец и создатель. Лишь тебе даровал я расти и меняться по собственной воле твоей. Ты несешь в себе семя вселенской жизни.

Пико делда Мирандола "Речь о достоинстве человека"

Итак, изменить можно все, кроме врожденных и неотъемлемых прав человека

ПРЕДИСЛОВИЕ К 1-МУ ИЗДАНИЮ

Эта книга - часть обширного исследования, посвященного психике современного человека, а также проблемам взаимосвязи и взаимодействия между психологическими и социологическими факторами общественного развития. Я занимаюсь этой работой уже несколько лет, ее завершение потребует еще большего времени,- между тем нынешние тенденции политического развития ставят под угрозу величайшее достижение современной культуры: индивидуальность и неповторимость каждого человека. Это вынудило меня прервать работу над проблемой в целом и сконцентрировать внимание на одном аспекте, ключевом для культурного и социального кризиса наших дней: на значении свободы для современного человека. Моя задача была бы значительно легче, если бы я имел возможность отослать читателя к законченному курсу психологии человека нашей цивилизации, поскольку значение свободы можно до конца уяснить лишь на основе анализа психики современного человека в целом. Теперь же приходится обращаться к определенным понятиям и заключениям, не прорабатывая их с нужной полнотой, как это было бы сделано в полном курсе. Некоторых проблем - тоже чрезвычайно важных - я был вынужден коснуться лишь мимоходом, а иногда и вовсе их не затрагивать. Но я убежден, что психолог должен внести свой вклад в понимание современного кризиса, причем безотлагательно, даже принеся в жертву желательную полноту изложения.

Я полагаю, что, подчеркивая значение психологического изучения современной обстановки, мы отнюдь не переоцениваем значимость психологии. Основным субъектом социального процесса является индивид: его стремления и тревоги, его страсти и раздумья, его склонность к добру или злу, поэтому его характер не может не влиять на этот процесс. Чтобы понимать динамику общественного развития, мы должны понимать динамику психических процессов, происходящих внутри индивида, точно так же как для понимания индивида необходимо рассматривать его вместе с обществом, в котором он живет. Основная идея этой книги состоит в том, что современный человек, освобожденный от оков доиндивидуалистического общества, которое одновременно и ограничивало его, и обеспечивало ему безопасность и покой, не приобрел свободы в смысле реализации его личности, то есть реализации его интеллектуальных, эмоциональных и чувственных способностей. Свобода принесла человеку независимость и рациональность его существования, но в то же время изолировала его, пробудила в нем чувство бессилия и тревоги. Эта изоляция непереносима, и человек оказывается перед выбором: либо избавиться от свободы с помощью новой зависимости, нового подчинения, либо дорасти до полной реализации позитивной свободы, основанной на неповторимости и индивидуальности каждого. Хотя эта книга скорее диагноз, чем прогноз, не решение, а лишь анализ проблемы, результаты нашего исследования могут уточнить направление необходимых действий; ибо понимание причин тоталитаристского бегства от свободы является предпосылкой любого действия, направленного к победе над силами тоталитаризма.…

К сожалению, текст книги удалён по просьбе правообладателя.

Если вы уже скачали эту книгу, вы можете написать небольшой отзыв,

чтобы помочь другим читателям определиться с выбором.

Другие книги писателя
  • «Искусство любить» Фромм Эрих

Американский психолог и философ Эрих Фромм раскрывает, какое важное место отведено в любви в жизни людей и как люди не умеют любить.…

Основоположник неофрейдизма Э.Фромм рассказывает в работах, собранных в этой книге, о том, как преображается внутренний мир человека.

Пациент приходит к врачу и вместе они блуждают по закоулкам памя…

Работа Э. Фромма с названием «Марксова концепция человека» («Marx's Concept of Man») вышла в 1961 г. отдельным сборником, в который наряду со статьей Фромма вошли также ранние произведения Маркса. Эта…

Источник:

knigosite.org

Читать Бегство от свободы - Фромм Эрих Зелигманн - Страница 1

Бегство от свободы
  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 529 784
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 458 034

Бегство от свободы

Если я не стою за себя, то кто встанет за меня?

Если я только за себя, то кто я? Если не сейчас, то когда?

Ни небесным, ни земным, ни смертным, ни бессмертным не сотворил я тебя, так что можешь быть свободен по собственной воле и совести – и сам себе будешь творец и создатель. Лишь тебе даровал я расти и меняться по собственной воле твоей. Ты несешь в себе семя вселенской жизни.

Итак, изменить можно все, кроме врожденных и неотъемлемых прав человека.

ESCAPE FROM FREEDOM

Печатается с разрешения Henry Holt and Company, LLC и литературного агентства Agency Litterarie Lora Fountain & Associates.

© Перевод. А. Лактионов, 2004

© ООО Издательство «АСТ МОСКВА», 2009

Свобода – психологическая проблема?

Новую историю Европы и Америки обусловили усилия, направленные на завоевание свободы от политических, экономических и духовных оков, которые связывали человека. Угнетенные, мечтавшие о новых правах, боролись за свободу против тех, кто отстаивал свои привилегии. Но когда определенный класс стремился к своему собственному освобождению, он верил, что борется за свободу вообще, и таким образом мог идеализировать свои цели, мог привлечь на свою сторону всех угнетенных, в каждом из которых жила мечта об освобождении. Однако в ходе долгой, по существу, беспрерывной борьбы за свободу те классы, которые поначалу сражались против угнетения, объединялись с врагами свободы, едва лишь победа была завоевана и появлялись новые привилегии, которые нужно было защищать.

Несмотря на многочисленные поражения, свобода в целом побеждала. Во имя ее победы погибло много борцов, убежденных в том, что лучше умереть за свободу, чем жить без нее. Такая гибель была наивысшим утверждением их личности. Казалось, история уже подтвердила, что человек способен управлять собой, сам принимать решения, думать и чувствовать так, как ему кажется верным. Полное развитие способностей человека казалось той целью, к которой быстро приближал процесс общественного развития. Стремление к свободе выразилось в принципах экономического либерализма, политической демократии, отделения церкви от государства и индивидуализма в личной жизни. Осуществление этих принципов, казалось, приближало человечество к реализации данного стремления. Оковы спадали одна за другой. Человек сбросил иго природы и сам стал ее властелином; он сверг господство церкви и абсолютистского государства. Ликвидация внешнего принуждения казалась не только необходимым, но и достаточным условием для достижения желанной цели – свободы каждого человека.

Первую мировую войну многие считали последней битвой, а ее завершение – окончательной победой свободы: существовавшие демократии, казалось, усилились, а взамен прежних монархий появились новые демократии. Но не прошло и нескольких лет, как возникли новые системы, перечеркнувшие все, что было завоевано веками борьбы, казалось, навсегда. Ибо сущность этих новых систем, практически полностью определяющих и общественную, и личную жизнь человека, состоит в подчинении всех совершенно бесконтрольной власти небольшой кучки людей.

На первых порах многие успокаивали себя мыслью, что победы авторитарных систем обусловлены сумасшествием нескольких личностей и что как раз это сумасшествие и приведет со временем к падению их режимов. Другие самодовольно полагали, что итальянский и германский народы прожили в демократических условиях слишком недолгий срок и поэтому надо просто подождать, пока они достигнут политической зрелости. Еще одна общепринятая иллюзия – быть может, самая опасная из всех – состояла в убеждении, что люди вроде Гитлера якобы захватили власть над государственным аппаратом лишь при помощи вероломства и мошенничества, что они и их подручные правят, опираясь на одно лишь грубое насилие, а весь народ является беспомощной жертвой предательства и террора.

За годы, прошедшие со времени победы фашистских режимов, ошибочность этих точек зрения стала очевидной. Нам пришлось признать, что в Германии миллионы людей отказались от своей свободы с таким же пылом, с каким их отцы боролись за нее; что они не стремились к свободе, а искали способ от нее избавиться; что другие миллионы были при этом безразличны и не считали, что за свободу стоит бороться и умирать. Вместе с тем мы поняли, что кризис демократии не является сугубо итальянской или германской проблемой, что он угрожает каждому современному государству. При этом совершенно несущественно, под каким знаменем выступают враги человеческой свободы. Если на свободу нападают во имя антифашизма, то угроза не становится меньше, чем при нападении во имя самого фашизма[1]. Эта мысль настолько хорошо выражена Джоном Дьюи, что я приведу здесь его слова:

«Серьезная опасность для нашей демократии состоит не в том, что существуют другие, тоталитарные государства. Опасность в том, что в наших собственных личных установках, в наших собственных общественных институтах существуют те же предпосылки, которые в других государствах привели к победе внешней власти, дисциплины, единообразия и зависимости от вождей. Соответственно поле боя находится и здесь, в нас самих, и в наших общественных институтах»[2].

Если мы хотим бороться с фашизмом, то мы должны его понимать. Домыслы нам не помогут, а повторение оптимистических формул столь же неадекватно и бесполезно, как ритуальный индейский танец для вызывания дождя.

Кроме проблемы экономических и социальных условий, способствовавших возникновению фашизма, существует и проблема человека как таковая, которую также нужно понять. Целью настоящей книги как раз и является анализ тех динамических факторов в психике современного человека, которые побуждают его добровольно отказываться от свободы в фашистских государствах и которые так широко распространены в миллионных массах нашего собственного народа.

Когда мы рассматриваем человеческий аспект свободы, когда говорим о стремлении к подчинению или к власти, прежде всего возникают вопросы.

Что такое свобода в смысле человеческого переживания? Верно ли, что стремление к свободе органически присуще природе человека? Зависит ли оно от условий, в которых живет человек, от степени развития индивида, достигнутого в определенном обществе на основе определенного уровня культуры? Определяется ли свобода одним лишь отсутствием внешнего принуждения или она включает в себя и некое присутствие чего-то, а если так, чего именно? Какие социальные и экономические факторы в обществе способствуют развитию стремления к свободе? Может ли свобода стать бременем, непосильным для человека, чем-то таким, от чего он старается избавиться? Почему для одних свобода – это заветная цель, а для других – угроза?

Не существует ли – кроме врожденного стремления к свободе – и инстинктивной тяги к подчинению? Если нет, то как объяснить ту притягательность, которую имеет сегодня для многих подчинение вождю? Всегда ли подчинение возникает по отношению к явной внешней власти или возможно подчинение интериоризованным авторитетам, таким как долг и совесть, либо анонимным авторитетам вроде общественного мнения? Не является ли подчинение источником некоего скрытого удовлетворения; а если так, то в чем состоит его сущность?

Что пробуждает в людях ненасытную жажду власти? Сила их жизненной энергии или, наоборот, слабость и неспособность жить независимо от других? Какие психологические условия способствуют усилению этих стремлений? Какие социальные условия в свою очередь являются основой для возникновения этих психологических условий?

Я употребляю термин «фашизм» для определения диктатуры типа итальянской или германской. В случае рассмотрения именно германской системы будет употребляться термин «нацизм».

Источник:

www.litmir.me

Бегство от свободы, Причины бегства от свободы - Свобода человека

Бегство от свободы Причины бегства от свободы

По мнению Э. Фромма, проводившего исследования свободы человека основной причиной отказа от свободы, или бегства, как он его назвал, является страх человека, его неуверенность в своих силах, ощущение собственной незначительности. Человек освободился от экономических и политических оков. В новой системе ему приходится играть активную и независимую роль. Однако он теряет уверенность и чувство принадлежности к какой-то общности. Он уже не живет в тесном, понятном мирке - мир стал огромным и угрожающим. Человеку угрожают силы, стоящие над личностью - капитал и рынок. У простого человека нет ни богатства, ни власти, он потерял чувство общности с людьми и миром, он раздавлен ощущением беспомощности и ничтожности. Свобода вызвала чувства неуверенности и бессилия, сомнения, одиночества и тревоги.

При всех достижения современной демократии ей присущи определенные недостатки. Экономические факторы, в особенности - монополистический аспект современной системы, усиливают изоляцию и беспомощность индивидуума. В результате, индивидуум развивает в себе черты авторитарного характера либо обращается к конформизму и превращается в человека-автомата, теряя свое "Я".

На протяжении веков человечество боролось за свою свободу, но одни оковы заменялись другими: на смену господства церкви пришла власть государства, затем - власть совести, и, наконец, - власть рассудка и общественного мнения. Индивидуум создал своими руками огромную машину, и сам стал в ней маленьким винтиком. Индивидуум утратил первичные связи с миром и попал в сильную зависимость от общественного мнения: он знает, каких чувств, эмоций и образа мышления ждут от него окружающие, и это в значительной мере определяет его поведение. В результате индивидуум отрекается от своего "Я" и живет в соответствии с общепринятыми стандартами. Личность становится лишь отражением того, что ожидают от нее остальные и может быть уверенной в себе и в своем будущем, только если ведет себя в соответствии с ожиданиями других. Человек превращается в психологический автомат, лишенный спонтанности, индивидуальности и свободы. Сама структура современного общества способствует возникновению подобных тенденций.

Современный человек носит маску благополучия, но на самом деле он несчастен и находится на грани отчаяния. Поскольку человек теряет спонтанность и начинает превращаться в робота, его тянет использовать суррогаты возбуждения: алкоголь, спорт, острые ощущения и т.п. Оковы внешней власти, которые были характерны для средних веков, пали, но появились законы анонимной власти, к которым индивидуум вынужден приспосабливаться. Жизнь индивидуума приобретает оттенок автоматизированности, смысл жизни во многом теряется. Здесь и таится определенная опасность: человек готов принять любую идеологию за обещание волнующей жизни, видимого порядка, и наполнение жизни хоть каким-нибудь смыслом.

А вот как о данной проблеме писал Бердяев: “Мы живём в эпоху обострения и обнаружения противоречий свободы. Свобода политическая, свобода экономическая переживают упадочные формы. Принципы, которые почитались охраняющими свободу выветрились, и ныне не вдохновляют. Изжиты принципы французской революции. Молодёжь не увлекает уже ни идеология либерализма, ни идеология демократии. Формальная парламентская демократия себя скомпрометировала, и она бессильна социально реформировать общество, в ней обнаружилась страшная сила инерции. Свобода духа есть священный символ, её значение не может быть связано с временными и преходящими символами той или иной эпохи. Но свобода в жизни социальной, политической и даже культурной перестаёт вдохновлять, она опостылела, в неё перестали верить. Мы живём в эпоху декаданса свободы. Свобода изолгалась. Она стала принципом консервативным и нередко прикрывает рабство человека. Особенно экономическая свобода, она оказывается издевательством над реальной свободой человека" /6/.

Эти причины и порождают в обществе такое явление как бегство от свободы.

Источник:

studbooks.net

Фромм Бегство от свободы в сокращении

/ ТК и КТ_Студент_СРС / Книги и тексты СРС / Фромм Бегство от свободы в сокращении

Проблема свободы человека в работе Э. Фромма «Бегство от свободы»

Введение в проблематику работы

Начальной проблемой, которую ставил автор перед написанием книги, было исследование психики современного человека, однако тенденции политического развития того времени вынудили его сконцетрироваться на ключевом, по мнению автора, для культурного и социального кризиса тех дней аспекте: на значении свободы для современного человека [13, с. 7]. «Основная идея этой книги заключается в том, что современный человек, освобожденный от оков доиндивидуалистического общества <. >, не приобрел свободы в смысле реализации его личности, то есть реализации его интеллектуальных, эмоциональных и чувственных способностей. Свобода принесла человеку независимость и рациональность его существования, но в то же время изолировала его, пробудила в нем чувство бессилия и тревоги. Эта изоляция непереносима, и человек оказывается перед выбором: либо избавиться от свободы с помощью новой зависимости, нового подчинения, либо дорасти до полной реализации позитивной свободы, основанной на неповторимости и индивидуальности каждого» [13, с. 8].

В предисловии к 25-му изданию Фромм спрашивает себя, сохранились ли социальные и психологические тенденции, затронутые в его книге 25 лет назад и отвечает утвердительно, объясняя это появлением новых причин, вызывающих страх у человека перед свободой. Это открытие атомной энергии и возможность ее использования в деструктивных целях. Это кибернетическая революция, в ходе которой «. мозг его [человека] и нервные реакции заменяют машины». Это безработица и демографический взрыв [13, с. 9].

Задаваясь вопросом о полезности теоретических открытий социальной психологии, Фромм признается в том, что дать на него однозначный и убедительный ответ сложно. Пессимизм автора в отношении теории психологии вызван его уверенностью в важности осознания индивидуальных и социальных реалий. По Фромму, человеческий мозг живет в двадцатом веке, сердце же большинства людей—в каменном. Отсюда недостаточная зрелость людей быть независимыми, разумными и объективными; неспособность вынести то, что человек предоставлен собственным силам и сам должен придать смысл своей жизни; подавление иррациональных страстей — в лечения к разрушению, ненависти, зависти и мести, вместо этого наблюдается преклонение перед властью, деньгами, суверенным государством, нацией; превращение учений духовных вождей человечества в клубок суеверий и идолопоклонства [13, с. 11]. По мнению автора, результатом такого конфликта между преждевременной интеллектуально-технической зрелостью и эмоциональной отсталостью может быть самоуничтожение человечества, единственный же ключ к недопущению этого кроется в понимании фактов нашего социального бытия; в осознании, повышающего способность к объективности и разумному суждению. По Фромму, рассчитывать на преодоление заблуждений сердца на протяжении жизни одного поколения нельзя; на то, чтобы перерасти свою дочеловеческую историю, длившуюся сотни тысяч лет, человечество затратит неизмеримо больше (чем время жизни одного поколения). А для этого и необходимо развитие динамической социальной психологии, которая в состоянии противодействовать опасностям, вызванным прогрессом физики и медицины.

В первой главе книги Эрих Фромм ставит вопрос о том, является ли свобода психологической проблемой. Рассматривая фашистские режимы и отмечая тот факт, что «в Германии миллионы людей отказались от своей свободы с таким же пылом, с каким боролись за нее», Фромм делает вывод: «если на свободу нападают во имя антифашизма, угроза не становится меньше, чем при нападении самого фашизма» [13, с. 15], подразумевая под фашизмом диктатуру типа итальянской или германской. Кроме этого, для результативной борьбы с фашизмом необходимо понимать его сущность, борьба же без понимания неадекватна и бесполезна. Развивая мысль, Фромм констатирует факт, что к моменту прихода фашизма к власти люди не были к этому готовы—ни практически, ни теоретически. В числе тех, кто «осмелился потревожить благодушный оптимизм девятнадцатого века» [13, с. 17] автор называет Ницше, Маркса и Фрейда. Отдавая должное Фрейду в плане изучения подсознательных процессов, Фромм критикует его за зажатость в рамках им же построенной теории, что обусловило бесплодность попыток приложения фрейдовского психоанализа к решению социальных проблем. К другим заблуждениям Фрейда Фромм относит антисоциальность человеческой природы, статичное отношение человека к обществу, проведение тесных параллелей между полем человеческих взаимоотношений и рынком [13, с. 19-20].

Тем не менее, Фромм закладывает в основу своего анализа фундаментальные открытия Фрейда—роль подсознательных сил в человеческом характере и зависимость этих сил от внешних воздействий, подчеркивая, что его анализ, кроме того, основан на предположении о наличии особой связи индивида с внешним миром и динамичности связи между человеком и обществом.

Далее Фромм вводит понятие адаптации. Статическая адаптация есть появление новых привычек, характер же человека остается при этом неизменным. Динамическую адаптацию Фромм объясняет на примере ребенка, подчиняющегося строгому отцу. Подавленная враждебность, которая может развиться по отношению к отцу, становится динамическим фактором характера. Она может усилить страх ребенка перед отцом и привести тем самым к еще большему подчинению; может вызвать беспредметный бунт против жизни вообще. Далее Фромм определяет невроз как пример динамической адаптации к таким условиям, которые являются для индивида иррациональными. Однако обратное, вообще говоря, неверно: «. социально-психологические явления, проявляющиеся у целых общественных групп и сопоставимые с невротическими, например наличие ярко выраженных разрушительных или садистских импульсов, иллюстрируют динамическую адаптацию к социальным условиям, иррациональным и вредным для взрослых людей. Почему такие явления нельзя считать невротическими, мы обсудим позднее» [13, с. 23].

Далее Фромм ставит вопрос о том, что заставляет людей приспосабливаться почти к любым условиям жизни и о границах этой приспособляемости. Отвечая на него, он выделяет приобретенные потребности (изначально не присущие человеку) и потребности физиологические (обусловленные человеческой природой). Для удовлетворения потребностей человек должен трудиться, условия же его работы определяются тем обществом, в котором он родился. Оба фактора—потребность жить и социальная система—не могут быть изменены отдельным индивидом и именно они определяют развитие тех его черт, которые имеют большую пластичность [13, с. 25]. Кроме физиологических потребностей существует потребность связи с окружающим миром, не связанная с физическим контактом, неудовлетворение которой (моральная изоляция) приводит к возникновению психических расстройств.

По Фромму, существует еще одна причина, обусловливающая необходимость принадлежности к обществу: субъективное самопознание [13, с. 27]. Способность мыслить позволяет человеку осознать себя как индивидуальное существо; сознавая свою отдельность, неизбежность болезней и старости, человек не может не чувствовать свою незначительность в сравнении с окружающим миром. Если человек не имеет возможности отнести себя к какой-либо системе, которая бы направляла его жизнь и придавала ей смысл, его переполняют сомнения, которые в итоге парализуют его способности действовать, то есть жить. Основные положения социальной психологии Фромма заключаются в том, что а) человек есть продукт исторической эволюции в синтезе с врожденными законами, но не то или другое в отдельности; б) у человека существуют физиологические потребности и ему свойственно избегать морального одиночества; в) в процессе динамической адаптации у индивида развивается ряд стимулов, мотивирующих его чувства и действия; г) стремление к удовлетворению этих новых потребностей становится силой, воздействующей на процесс общественного развития [13, с. 28].

Главная идея книги, по Фромму, которую он закладывает в основу своего исследования, заключается в следующем: «Человек перерастает свое первоначальное единство с природой и с остальными людьми, человек становится «индивидом»—и чем дальше заходит этот процесс, тем категоричнее альтернатива, встающая перед человеком. Он должен суметь воссоединиться с миром в спонтанности любви и творческого труда или найти себе какую-то опору с помощью таких связей с этим миром, которые уничтожают его природу и индивидуальность» [13, с. 29].

Психологизм проблемы свободы

Во второй главе Фромм обсуждает концепцию, необходимую для анализа вопроса о том, что есть свобода для современного человека. Этой концепцией является утверждение о том, что свобода определяет человеческое существование как таковое, причем понятие свободы прогрессирует вместе со степенью осознания человеком себя самого как независимого и отдельного существа. Связь, существующую между индивидом и внешним миром, существующую до того момента, как процесс индивидуализации приводит к полному обособлению индивида, Фромм называет «первичными узами», противопоставляя их тем новым связям, которые появляются после освобождения от первичных уз. В качестве примера он приводит ребенка, связанного с матерью первые годы жизни, связь первобытного человека с племенем и средневекового—с церковью и сословием, к которому тот принадлежит [13, с. 31].

Освобождению от первичных связей сопутствует процесс осознания ребенком своей индивидуальности и возникновение ряда фрустраций, еще больше ускоряющий переход. Для иллюстрации этого эффекта Фромм приводит отрывок из романа «Сильный ветер на Ямайке» Р. Хьюза. Помимо замены одних связей другими, по мнению Фромма, у ребенка по мере роста развивается стремление к свободе и независимости. Для выяснения характера этого стремления автор рассматривает два аспекта процесса растущей индивидуализации: развитие и интеграция физической, эмоциональной и интеллектуальной сфер—развитие личности, обусловленное в основном социальными условиями. Второй аспект—растущее одиночество, сопутствующее освобождению от первичных уз, обеспечивавших ранее фундаментальное единство с окружающим миром и ощущение полной безопасности. Возникающее стремление побороть чувство одиночества приводит в норме к образованию новых связей, отличных от первичных: спонтанных связей с людьми и природой [13, с. 32]. Однако существует опасное отклонение, заключающееся в том, что индивид, активно не желая строить новые связи, стремится вернуться к прежним, а поскольку это физически невозможно, подобное подчинение приводит к развитию у ребенка враждебности и мятежности, направленных против людей, от которых он продолжает зависеть.

Разрыв между процессом индивидуализации, который происходит автоматически и процессом развития личности, который сдерживается рядом психосоциальных причин, приводит, по Фромму, к сильному чувству изоляции, которое запускает в работу психические механизмы, названные автором механизмами бегства. Далее, сопоставляя степень развития инстинктов у животных и у человека, Фромм приходит к выводу о том, что человеческое существование и свобода неразделимы с самого начала [13, с. 37], понимая под свободой негативную свободу от инстинктивной предопределенности действий. По Фромму, именно биологическое несовершенство человека привело к появлению цивилизации. Связь между человеком и свободой хорошо отражена в библейском мифе об изгнании из рая. Нарушение установленного порядка является, по сути, актом свободы—первым человеческим актом вообще. Таким образом, акт свободы (неподчинения) прямо связывается с началом человеческого мышления. Процесс развития свободы носит, по Фромму, диалектический характер: с одной стороны—это развитие человека, с другой—усиление изоляции, приводящее к росту чувства бессилия.

Свобода в эпоху Реформации

Исследование роли свободы в современном обществе Фромм начинает с анализа обстановки, существовавшей в Европе в средние века и начале Нового времени. Перемены в экономике тогда оказали сильное влияние на психику людей. В этот же период возникает и новая концепция свободы, выраженная в религиозных доктринах того времени.

Средневековое общество характеризовалось отсутствием личной свободы. Перемещение из одного социального класса в другой было невозможным, часто оказывалось невозможным перемещение географическое. Личная, экономическая и общественная жизнь регламентировалась строгим сводом правил. Однако благодаря этому человек был скреплен со вполне определенной социальной ролью (крестьянин, ремесленник и т.д.); это не был индивид, занимающийся тем или иным делом по своему выбору. Впрочем, несмотря на отсутствие индивидуализма в современном смысле, конкретный индивидуализм в реальной жизни имел массу проявлений. Средневековое общество же, давая человеку ощущение уверенности, держало его в цепких оковах—человек видел себя сквозь призму общественной роли и представители разных социальных слоев не имели отношений.

Результатом прогрессирующего разрушения средневековой социальной структуры, в процессе которого возник сильный денежный класс, было возникновение индивида в современном смысле этого слова. Простой же народ, которому не досталось ни богатства, ни власти, даже потерял при этом уверенность своего прежнего положения. Однако новый класс тоже понес потери, потеряв былую уверенность. Жажда богатства и власти привела к тому, что через изменение отношения индивида к собственной личности он превратился в объект собственных манипуляций, в результате чего возникла тревога [13, с. 50]. По Фромму, идеи Возрождения оказали значительное влияние на дальнейшее развитие европейской мысли, но основные корни современного капитализма, его экономической структуры и духа находятся в экономической и общественной ситуации Центральной и Западной Европы и в выросших из нее доктринах Лютера и Кальвина [13, с. 51]. Основное различие этих двух культур заключается в том, что культура Возрождения характеризовалась наличием небольшой группы богатых индивидов, управлявших обществом высокоразвитого капитализма; культура Реформации была религией крестьянства и низших слоев общества.

Очень важным пунктом для понимания положения индивида в современном обществе являются этические взгляды на экономическую деятельность. Для объяснения этого отношения Фромм приводит две предпосылки: «Экономические интересы второстепенны и должны быть подчинены подлинному делу человеческой жизни—спасению души; экономическое поведение является одной из сторон личного поведения вообще, так что на него—как и на другие стороны поведения—распространяются требования морали» [14, с.28]. Экономическое развитие капитализма сопровождалось серьезными изменениями в психологической атмосфере. Время и труд приобрели большую ценность, отношение к работе стало намного боле требовательным, всех охватило стремление к богатству. С приходом капитализма средневековая социальная система была разрушена, а вместе с ней была разрушена и та стабильность и относительная безопасность, которые она давала индивиду. «Индивид стал одиноким; все теперь зависело не от гарантий его социального статуса, а от его собственных усилий» [13, с. 59].

Таким образом, благодаря влиянию социально-экономических перемен, произошедших в XV—XVI веках, индивид 1) освобождается от экономических и политических ограничений; 2) приобретает позитивную свободу, но при этом освобождается от связей, дававших ему чувство уверенности.

В эпоху Реформации возникают лютеранство и кальвинизм как религии низших слоев, выразившие новые чувства, порожденные изменениями экономической системы и предложившие пути подавления неуверенности. Фромм подвергает эти доктрины психологическому анализу с целью показать субъективные мотивы, которые приводят человека к поиску ответов на осознанные проблемы [13, с. 63]. В психоанализе доктрин Фромм четко выделяет две проблемы: изучение характера индивида, создавшего учение, с целью определения черт характера, побудивших людей на работу и изучение психологических мотивов, присущих социальной группе, к которой это учение обращено. Фроммовский анализ идей преследует целью определение веса какой-либо идеи в идеологической системе в целом и ответ на вопрос о том, имеет ли место быть рационализация, отличающаяся от подлинного содержания мысли [13, с. 65]. Далее Фромм утверждает, что отношение Лютера к богу есть отношение подчинения, основанное на ощущении бессилия—вывод, сделанный автором на основании анализа психологического смысла его концепций.

На протяжении долгого периода, предшествовавшего Реформации, католическое богословие придерживалось принципов свободы воли человека в стремлении к добру. Данная тенденция нашла отражение в трудах Августина, Фомы Аквинского, Скотта, Оккама, Биля. Все они так или иначе подчеркивали значение воли и собственных заслуг человека для его спасения. Распространившаяся практика покупки индульгенций вызвала, как и труды упомянутых философов, яростные нападки Лютера, теология которого, по сути, выражала чувства среднего класса, который был охвачен чувством беспомощности и ничтожности, ощущал угрозу со стороны растущего капитализма [13, с. 70]. Лютеранское учение, по мнению Фромма, имело два аспекта: с одной стороны, оно дало человеку независимость в вопросах религии, с другой—оно принесло индивиду изоляцию и бессилие. Основополагающая концепция всего мышления Лютера, по Фромму, -- полная неспособность человека по собственной воле выбрать добро. В 1518 году Лютер наконец находит ответ, который вселяет в него уверенность: человек может спастись, лишь испытав переживание веры, собственными добродетелями спастись невозможно. Фромм считает этот переход причинно обусловленным, так как иррациональные сомнения Лютера, вытекающие из его изоляции и беспомощности, могут быть устранены иррациональными же ответами путем их подавления при помощи некоторой формулы [13, с. 73]. Таким образом, лютеровское стремление к уверенности суть не что иное, как необходимость подавить сомнения.

Развивая эту мысль, Фромм говорит, что сомнение есть исходная точка современной философии. Но если рациональные сомнения разрешаются рациональными ответами, иррациональные сомнения могут исчезнуть лишь при переходе от негативной свободы к свободе позитивной [13, с. 74]. Лютер же, освобождая людей от власти церкви, подчинил их власти еще более сильной: власти бога, требующего полного подчинения человека и уничтожения его личности как главного условия спасения. Его вера заключалась в том, что любовь дается ценой отказа от собственной воли, а это, как отмечает Фромм, имеет много общего с принципом полного подчинения индивида государству или вождю [13, с. 76].

Теология Кальвина в целом аналогична теологии Лютера, его учение также основано на бессилии человека; главная концепция его мышления—самоуничтожение и разрушение человеческой гордыни. Однако имеется два расхождения. Первое—учение Кальвина о предопределении: спасение или осуждение не зависит от образа жизни, но предрешено богом еще до появления человека на свет. Второе—важность моральных усилий и добродетельной жизни. Ибо, несмотря на то, что никакими усилиями судьбу не изменить, сам факт приложения усилий является знаком принадлежности к спасенным. Первая доктрина, двойственная по своей натуре—усиливающая сомнения с одной стороны (предначертанное проклятие) и успокаивающая с другой (уверенность в принадлежности к избранным) давала Кальвину и его последователям непоколебимую уверенность, поскольку они обладали убежденностью, основанной на механизме самоуничтожения, аналогичному лютеровскому. Однако поскольку сомнение все же остается (в силу иррациональности ответа), необходимо его постоянное подавление; по Фромму, это осуществляется «фанатичной верой в то, что религиозная община, к которой принадлежит человек, как раз и является избранной богом частью человечества « [13, с. 82]. Вторая доктрина в определенном смысле противоречит первой: «зачем стараться, если все уже итак предопределено?» Однако психологический анализ Фромма показывает, что исчезающе малое число людей способны радоваться жизни в условиях подобной неопределенности. Предназначение второй доктрины, по Фромму, заключается в том, что для преодоления чувства сомнения и бессилия необходимо что-нибудь делать, «развить лихорадочную деятельность» [13, с. 84]. Однако и эти вынужденные усилия не являются рациональными, т.к. деятельность в этом случае осуществляется не для достижения результата, а для выяснения будущего.

Другие черты характера представителя среднего класса того времени—враждебность и завистливость. Гипертрофированное развитие этих черт обусловлено серьезным подавлением эмоций и чувственных потребностей человека. Усилению враждебности способствовала роскошь, в которой купались представители церковной верхушки и капиталисты. Однако в отличие от низшего класса, открытое проявление враждебности представителями среднего класса было невозможно: они сами, по большей части, стремились преуспеть в общем развитии. Подавленная таким образом враждебность разрасталась и захватывала людей целиком, определяя отношение к окружающим и к себе [13, с. 87]. Лютер и Кальвин оказались теми, кто эту скрытую враждебность воплотил в отношении к богу. Кальвиновский образ бога-деспота, которому нужна безграничная власть над людьми, есть не что иное, как проекция собственной завистливости и враждебности среднего класса. Враждебность и завистливость могут проявляться и по отношении к людям, пример тому—режим правления, установленный Кальвином в Женеве: проникнутый духом редкостной враждебности каждого к каждому, он настраивал против дружелюбия к иностранцам, на жестокость в отношении бедняков и создавал общую атмосферу подозрительности [14, с. 190]. Третий и последний вариант выхода скрытой враждебности—направление ее на себя в форме самоуничижения и самоотрицающей «совести», обратная сторона которых—ненависть и презрение [13, с. 90].

Итак, вследствие крушения средневековой феодальной системы индивид стал свободен. Однако помимо свободы действий индивид лишился чувства уверенности. Наиболее позитивное влияние новая свобода оказала на высший класс. У низшего класса поиск новой свободы вызвал желание покончить с растущим угнетением, так как терять было уже нечего. На средний класс новая свобода подействовала негативно. Лишь новые религиозные учения указали индивиду путь к преодолению тревоги. Однако исцеление оказалось временным и только усугубило болезнь—иррациональность учений не позволила полностью снять сомнения и тревоги, вместо этого подавив их, в результате чего возникла скрытая враждебность, выплеснувшаяся впоследствии на окружающих и на самого индивида.

Вывод, который делает Фромм по третьей главе, заключается в следующем. Социальный процесс, определяющий образ жизни (отношение к людям и к труду), формирует характер индивида, который, в свою очередь, влияет на процесс общественного развития; возникая и развиваясь как реакция на угрозу со стороны новых экономических сил, новый характер сам становится производительной силой, способствующей развитию нового экономического строя [13, с. 93].

Современные аспекты свободы

У современного общества, по мнению Фромма, сложился взгляд на проблему свободы, заключающийся в том, что защита завоеванной свободы от сил, которые на нее покушаются—единственная необходимая вещь [13, с. 96]; в то время как необходимо добиваться свободы, позволяющей реализовать личность, поверить в себя и в жизнь вообще. Капитализм не только освободил человека от традиционных уз, но и внес большой вклад в развитие позитивной свободы; с другой стороны, капитализм сделал человека еще более одиноким, изолированным, подверженным чувству ничтожности и бессилия. Учения Реформации предопределили процесс уничтожения связей между отдельными индивидами через принцип частной инициативы: в католицизме отношение к богу основано на принадлежности к церкви, протестантство оставило индивида один на один с богом, вера Лютера носила субъективный характер, Кальвин же пропагандировал убежденность в спасении, носившую столь же субъективный характер. «Индивидуалистическое отношение к богу было психологической подготовкой к индивидуализму человека в мирной жизни» [13, с. 98].

Вместе с самоутверждением индивида капитализм принес с собой самоотрицание и аскетизм: целью жизни стала экономическая деятельность, финансовый успех и материальная выгода. Принцип работы ради накопления капитала объективно сыграл большую положительную роль в развитии человечества—именно рост производительных сил позволяет представить такое будущее, пишет Фромм, в котором прекратится борьба за удовлетворение самых насущных материальных нужд, -- но субъективно он заставил человека работать на чужие цели и усилил в нем чувство личной ничтожности и бессилия.

Мышление Лютера и Кальвина основано на предположении, что эгоизм и любовь к себе—понятия идентичные и исключают любовь к другому. Однако, по Фромму, здесь допускается ошибка. «Любовь не создается каким-то специфическим объектом, а является постоянно присутствующим фактором внутри самой личности, который лишь «приводится в действие» определенным объектом. Как ненависть—это страстное желание уничтожить, так и любовь—страстное утверждение «объекта»; это не аффект, а внутреннее родство и активное стремление к счастью, развитию и свободе объекта любви» [13, с. 102-103]. Эгоизм, по Фромму, -- не любовь к себе, а противоположность: вид жадности. Люди такого типа не в восторге от самих себя, в глубине души они себя ненавидят.

Господство рынка во всех общественных и личностных отношениях привело к тому, что все они проникнуты безразличием. Личности становятся объектами манипуляций, инструментами. Таким же стало и отношение к труду: производитель не заинтересован в своей продукции, он производит то, что обеспечивает максимальную прибыль от вложенного капитала. Однако наиболее сильно эффект «объектизации» проявился в отношении индивида к самому себе: личность стала товаром, который продается и покупается по законам рынка. Рынок решает, сколько в данный момент стоят те или иные качества, и если человек не имеет качеств, пользующихся спросом, то он ничего не стоит, как и товар, не пользующийся спросом. Таким образом, уверенность в себе превращается в отражение того, что думает о данном индивиде рынок. Спрос есть—индивид считает себя «кем-то», спроса нет—и он в собственных глазах никто. Из числа других факторов, на которые опиралось «я», Фромм называет престиж и власть, а уж для того, у кого не было ни того, ни другого, источником личного престижа становилась семья.

«Осознать чувство собственного бессилия сложно, поэтому человек прячет его под рутиной своих повседневных дел. Но одиночество, страх и потерянность остаются. Терпеть их вечно невозможно, поэтому если люди не в состоянии перейти от свободы негативной к свободе позитивной, они стараются избавиться от нее вообще. Главные пути, по которым происходит бегство от свободы, -- это подчинение вождю, как в фашистских странах, и вынужденная конформизация, преобладающая в нашей демократии» [13, с. 118].

Для продолжения скачивания необходимо собрать картинку:

Источник:

studfiles.net

Бегство от свободы в городе Пенза

В представленном интернет каталоге вы можете найти Бегство от свободы по разумной стоимости, сравнить цены, а также посмотреть иные книги в категории Наука и образование. Ознакомиться с параметрами, ценами и обзорами товара. Транспортировка выполняется в любой город России, например: Пенза, Иркутск, Барнаул.